Титан империи 7

Скоро в пушках вышли все патроны, и пальба затихла.

Рост копошащейся на полу массы прекратился, и вдруг из нее вылезла рука и схватила с пола сигарету.

– Чем больше ты сопротивляешься Нексусу тем он сильнее! – прорычала тварь, сунув сигарету в уголок рта. – Так было из века в век…

– Эй, девочки, смотрите, что я нашла! – раздался крик, и из-за спин выбежала Мальвина. В одной руке девушка держала красный баллон, а в другой сжимала длинную трубку. – Лежал под лестницей и… Ой, мамочки!!!

Так это ж огнемет! То что надо, даже энергию тратить не придется!

– Дай сюда! Нашему другу срочно нужно прикурить!

Я взял у синеволосой девушки пушку и направил ствол на гада.

– Неро! Присоед…

– Да заткнись ты уже! – я нажал спуск и жахнул струей пламени Воротынскому прямо в рожу.

По ушам снова ударил визг, но в этот раз он был предсмертным. Подыхала тварь долго, и когда перестала дергаться, я бросил пустой баллон на пол и плюхнулся на дымящийся диван.

Мальвина взяла бильярдный кий и, сделав несколько осторожных шагов, ткнула им монстру в бок.

– Спекся! Правильно говорят – курение вредит здоровью.

– Уберите его подальше, а то несет как от мусорного ведра, – поморщился я, нашаривая на полу телефон Владимира.

– Куда его?

– Как куда? В сортир. Там ему самое место.

Опасаясь прикасаться к дохлому монстру девчонки еще походили вокруг, но таки нашли веревку, привязали к одной из лап и, наконец, оттащили останки.

– Руки помойте! – крикнул им вслед Пьер.

Телефону пришел кирдык, но по счастью, симка уцелела.

“Батя” ответил через пару гудков. Я посмотрел на девочек и прижал палец к губам.

– Да, сын? – прозвучал на “проводе” голос Льва Константиновича. – Ты одумался?

– Да, папа, – сказал я голосом Владимира Воротынского. – Я звоню, чтобы попросить прощения. Не знаю, что на меня нашло... Давай все забудем? Знаешь, у меня для тебя даже есть подарок.

– Подарок? Какой?

– Пустяк.

– Что?! Повтори!

– Я убил… – сказал я и осекся. Что за шум?

Девушки заозирались, и да. Я не ослышался – где-то что-то бурлило. Воротынский голосил в трубку, а я заметил сбоку движение.

– Ой! Что за черт?! – воскликнула одна из девчонок и отпрыгнула. Из соседней комнаты, где валялись тела шестерок Воротынского, тек кровавый ручей.

Один… второй… И вот уже покраснел весь пол – через доски тоже сочилась кровь.