За последним порогом. Паутина. Книга 2

– Вы должны ценить, лодыри, что ваши преподаватели максимально облегчили для вас эту контрольную, – заявил Генрих, разглядывая наши мрачные физиономии. – Во-первых, вам придётся проходить только один небольшой коридор – оценок, как на экзамене, не будет, просто зачёт-незачёт. Во-вторых, вас предупредили заранее, и вы имеете возможность приготовиться. Правильнее было бы полностью имитировать внезапное нападение – скажем, вы неожиданно проваливаетесь в тестовый коридор, и вас со всех сторон начинают атаковать. Но мы предельно упростили задачу для вас, бездельников, а вы ещё чем-то недовольны.

Он укоризненно покачал головой, изображая искреннее расстройство нашей неблагодарностью, и обвёл нас взглядом, явно ожидая, что кто-нибудь решится заговорить.

– Вопросы, пожелания, претензии? – спросил он с надеждой.

К третьему курсу мы уже достаточно хорошо понимали, чем кончаются пожелания и претензии, и высказываться не торопились. Даже удивительно, что Дара так прокололась – видимо, от неожиданности.

– Похвально, похвально, – кивнул Генрих.

И мы потянулись вслед за ним. В этой секции подвала мы ещё не были, но разницы с экзаменационным блоком не было ни малейшей – такие же грубо обработанные базальтовые стены и очень похожие обитые железом двери. Здесь же находилась и та самая госпожа Лея Цветова, которая нас заждалась. Впрочем, если она по нам и скучала, то никак этого не показывала.

– Опять привёл своих травоядных, Гени? – спросила она, брезгливо нас оглядывая.

– Сделай из этих мальчиков мужчин, Лея, детка, – пафосно заявил Генрих.

– Из девочек тоже мужчин будем делать? – спросила Лея, и они на пару радостно заржали.

Я только вздохнул про себя. Фраза «армейский юмор» возникла не на пустом месте, у вояк и в самом деле есть склонность к тупым шуткам. Возможно, интеллект несовместим с кулаками, а может, они всего лишь смотрят на жизнь просто и не любят усложнять.

– Давайте быстро переодевайтесь, и приступим, – распорядился Менски. – Первым Арди, потом Менцева, дальше Сельков, Беркина, а вот Селькову оставим напоследок. Представляешь, Лея – она заявила, что не видит в нас достойных противников.

– Интересно, – многозначительно протянула Цветова, оглядывая бедную Дару.

Как говорили бравому солдату Швейку на военной службе – «Maul halten und weiter dienen[1]», и нас дрессируют по тому же универсальному принципу.