Звездный поток. Ученик

Синий и Зеленая у меня самые рассудительные, но если Кера интересуют больше железки и их работа, то Ная больше думает о житейских и бытовых вопросах. Например, чем дышать и где спать, если вокруг космос, а ты заперт внутри не внушающей доверия жестянки.

— Так мы сферический щит вокруг Ори поставим, чтобы воздух не уходил, а потом, если надо, временную переборку соорудим. Я вот, между прочим, сварщик четвертого разряда!

В доказательство своих слов Красный вытянул лапку и зажег на конце её крохотный, но невероятно яркий плазменный огонек.

Пришлось зажмурится и отвернуться, чтобы “зайчиков” не нахвататься.

— Ра, идиотина, ты нас демаскируешь! — зашипел Кер. — Если эта шваль нас засечет — отбиваться предлагаешь?

— Так ведь и отобьемся, — самодовольно махнул шикарным пушистым хвостом Ра.

— И оставшиеся на судне включать двигатели и свалят куда подальше.

— Так я и корыто собью! — еще больше раздулся от самодовольства Красный.

— Что?

— Нет, ничего, — из-под прижатой ко лбу лапы отозвалась Зеленая. — Даже знать не хочу, как ты собираешься улетать с этой планеты, если уронишь взлетающий корабль.

— Мне покажите, — сжав губы, чтобы по привычке не произнести слова вслух, мысленно попросил я.

Все четверо моих пушистых помощников дружно выскочили на гребень водораздела, и я увидел то, что увидеть, по идее, не высовываясь лично, никак не мог.

Потому, что… Долго объяснять, чуть позже. Сначала контрабандисты — ну или кто они там.

Кер, как всегда, предельно точно описал ситуацию: в середине долины, рядом с ручьем стоял грузовой космический корабль планетарно-межзвездного класса, изначально рассчитанный на посадку на неподготовленную почву. Иначе говоря, космический челнок средних размеров, в котором нашлось место прыжковому двигателю. Пузатый корпус, похожий на обрезанное с одного конца и сплющенное по вертикали веретено.

Ну или на схематичного крокодила без лапок и хвоста.

Корпус посудины действительно пребывал в печальном состоянии: заводская суперстойкая краска местами стерлась до основания, и обнажившийся металл покрывали следы окислов.

Да, не так я себе представлял свой перелет в обжитые места. Я вообще себе свою новую жизнь по-другому представлял.