Высокородный палач

Если бы пантерка быстро не среагировала, прячась от разъяренной фурии, удар пришелся прямиком в висок.

- Хозяин… - Жалобно пискнула Кира из-за спины.

- Он не твой хозяин! – Рык заи был больше похож на волчий, от чего страшно становилось не только нам с кошатиной, но и пленнику. Под бедолагой начала растекаться противная лужица, а сам мужичок забился в жутких конвульсиях.

Ситуация накалялась все больше и больше. С каждой секундой выразительные глаза зайки наполнялись животной злобой. Наверно, именно так смотрела мышь на загнавшую ее в угол кошку.

Только ситуация была в точности противоположной. К тому же между молотом и наковальней находилось хрупкое тело одного невезучего попаданца.

- Люси. – Попытался придать голосу строгости, стараясь скрыть дрожь. – Прекращай.

- Отойдите, хозяин. Я разберусь с этой хвостатой извращенкой.

- Прекрати! – Не знаю на сколько сейчас было реально успокоить зверодевочку, но сказать хоть что-то было нужно.

- Она перешла все границы.

– Все тем же холодным голосом продолжила говорить зая, медленно приближаясь к нам.

Пантерка позади меня уже не просто дрожала. Хвостатую трясло так, что впору было танцевать чечетку, поддерживая ритм, выстукиваемый белоснежными зубами. Да и самому было ни капли не смешно. В руках Люси снова оказались оба револьвера. Пока еще стволы смотрели в пол. Но что мешало направить оружие на нас?

Жизнь еще ни разу не сводила с подобной ситуацией. Казалось, что сейчас любой шаг был проигрышным.

Успокоить злую женщину вообще непросто. А когда не понимаешь, на что она, дама, злится…

- Зайка моя, прекращай.

Я окончательно потерял надежду на приемлемый исход. Отсюда и родились обычные в подобной ситуации слова. Всегда так обращался к коллегам, когда нужно было о чем-нибудь попросить. И, на удивление, простые слова сработали. Рабыня часто заморгала и замерла, с удивлением рассматривая меня.

- З-зайка? – С запинкой и придыханием повторила девочка.

- Ну да.

– Опешил я, быстро соображая, в какую трясину вляпался. – Ты же зайка.

- В-ваша? – Еще раз переспросила длинноухая.

- Естественно моя!

Люси расслабила руки, опуская только начавшие подниматься револьверы. Нежные губки растянулись в скромной улыбке. Глазки заблестели, словно собираясь пустить скупые слезинки.

- Тоже мне… - Фыркнула кошечка, выходя из-за укрытия. Хвостатая снова осмелела и пошла к пленнику, наивно почувствовав себя в безопасности.