Его Сиятельство Граф Андреев. Книга II

- А ничего, что твои действия роняют меня в глазах остальных?

- Акума-Доно… это моя сестра. Уж простите, сестра выше вашего лица. Кем я буду, если не буду защищать своих близких, полагаясь на человека, с которым не то что общих дел не веду, а даже не знаком?

- Мальчик, осторожнее. Я ведь могу и объявить тебе кару.

- Толщина двухкамерного стекла полтора сантиметра. Обычное кованное стекло. Без зачарований. Пуля, которая лист стали такой же толщины пробивает на вылет, скажем так, остановит твою кару.

Поверь, дяденька, у меня яиц хватит.

- Ха. Это точно. Ты вообще где? Мы так и не нашли тебя.

- Так на колокольне. Где же еще снай…

Акума тут же его перебил.

- Тут больше двух километров.

- Так у меня и не 7.62 калибр. – усмехнулся Андрей.

- Так, давай поговорим лучше за чашкой чая. Я принял твою позицию. А теперь хочу поговорить о возможных делах.

- Хм… пожалуй, будет неплохо пожать друг другу руки, дабы остальные видели, что инцидент разрешен.

Буду через минут двадцать. – отключился Андрей.

- Что скажешь? Со мной так давно никто не говорил.

- Какой еще граф будет лично лежать с винтовкой. Дерзкий пацан. – улыбнулась помощница. – А еще он назвал меня красивой.

- Так, наследница, твой отец мне пальцы отрубит, если не услежу. Нуэ, запрещаю флиртовать с ним. И вообще, почему так легко срисовали оружие?

- Акума-Сенсей! – обиженно вскрикнула девушка.

- Он не японец.

- Ой, да ладно. Сам же женат не на японке!

- Я не глава клана, Нуэ. И вообще, вряд ли мне разрешат вернутся, вот и не нужно мне условности соблюдать.

Я с Олесей поговорили с двумя японцами. Оказывается, якудза вот они, живут в городе, не нужно в Японию летать. Мы около получаса обсуждали интерес японских кланов на Кубани в области нелегальных гонок.

Главная проблема Акумы в том, что дворяне в этом не участвуют. Им не интересно, в отличии от азиатских дворян. Но при этом это и главное преимущество, никто этим из банд, подчиненным дворянам, не занимается. А еще он попросил меня свести его с Адыгейским. Видимо, сам не может к нему обратиться. Высшая аристократия, как никак, великий князь. Такие сами на тебя выходят, если надо. Но не ты заявляешься к нему. Тем более, криминальный авторитет.