Прекрасная ночь, чтобы умереть

– Должно быть, я забыл выключить его прошлым вечером… Я спешил, видите ли… Я должен был быть сегодня у свекрови в Кассисе, на берегу моря… Представляете, старушка готовит фуа-гра как никто другой…

– Я рад за вас, господин комиссар! Не возражаете, если я проверю?

– Проверите что? – спросил Жорж Барде, погруженный в воспоминания о своих тихих семейных радостях.

– Ваш компьютер. Можете нажать на пробел!

Комиссар был явно раздражен происходящим и этим зазнайкой, который вдруг решил разыгрывать из себя специалиста из Скотленд-Ярда под тем лишь предлогом, что его сосед счёл нужным приехать и покончить с собой на его столе.

Этот Жюльен Фабр был тем еще… Министерство просто навязало ему его несколько лет назад. Комиссару этот Фабр никогда не нравился, хотя, по правде говоря, ему никогда не приходилось жаловаться на его работу, но Фабр был молчаливым и, когда его служба заканчивалась, он тут же исчезал. Почему, черт побери, он вернулся ночью в участок, чтобы наложить на себя руки?

– Смотрите!

Прибор включился.

На экране появилось сообщение, выполненное черными буквами на синем фоне.

– Вот то, что мы искали: «Нет больше сил бороться. Жизнь надоела. Причин тому много». Лаконично и так на него похоже! – заключил инспектор Лямотт, нажимая клавишу «Print Screen».

Комиссар Барде выглядел очень довольным. У него имелось вещественное доказательство.

– Дело закрыто! – объявил он.

– Я до сих пор не могу в это поверить.

– И все-таки вам придется это сделать. Прощайте, старина Луазон, и примите мои соболезнования.

Со вздохом облегчения комиссар Барде проследил за тем, как выходит Мишель Луазон. Этот парень определенно раздражал его. На самом же деле, он принимал на себя всю агрессию, которую комиссар невольно испытывал к Жюльену Фабру.

***

Мишель Луазон попытался привести в порядок свои мысли. Его целью теперь должны были стать поиски преступника. Он попытался вспомнить тот день, когда он встретил своего соседа в пивной «Химера».

Жюльен Фабр, в противоположность его изнуренному настроению последних месяцев, был совершенно расслаблен. Настроение в пивной у всех было приподнятое, а некоторые посетители уже выглядели изрядно подвыпившими.

Они с Жюльеном Фабром давно приятельствовали. Несколько смущаясь, Луазон протянул Фабру футляр. И, словно извиняясь, он сказал, что это всего лишь ручка. Просто так, дружеский подарок.