Грузовик-кун: следующая остановка исекай!

Захар оказался не самым плохим представителем своей расы, всегда держал салон в чистоте, не курил, не водил никого.

В общем-то, если подумать, то Захар был неплохим приобретением и как попаданец. Лучше — только женщина: уж они-то, по оценкам других Жнецов, умеют приспосабливаться просто феерически, буквально подминая мир под себя и закручивая изящные интриги, — но с женщинами всегда был напряг. К тому же Гор очень редко сбивал женщин. И ещё реже встречал на дорогах особ, подходящих по профилю его работы на Сущность.

Парадоксально, но напрямую открывать континуум могли только самые ничтожные из кожаных мешков, либо надо кого-то нормально довести до состояния полного отчаяния и яркого стремления выпилиться из мира, чтобы сам мир начал их отторгать всевозможными способами, что уже вмешательство какого-то там порядка. Потому что какой успешный человек согласится из своей нормальной, устроенной жизни, где его все любят, у него куча друзей, есть дети и близкие, взять и сорваться в другой мир? И при этом, попав в этот самый другой мир, не пытаться вернуться назад к своей семье и благополучию.

Это либо ничего не должно держать, либо категорический летальный исход, на крайний случай хотя бы романтическое: что-то, что привяжет попаданца к новому миру, а мир не будет с новым человеком в себе бороться, как с раковой опухолью.

Как говорил один умник из Жнецов, которого все звали Хирург: «Все эти процессы сродни трансплантации: никогда не знаешь, как поведёт себя организм или пересаженный орган».

Будучи в Отстойнике, когда Гору предстояло очередное новое перерождение из-за аварии или переплавки, он тёрся с остальными, более опытными Жнецами. Среди всех них он находился на нижних уровнях иерархии. Именно что «Сборщик неудачников». Иногда его даже обзывали «Биомусоршиком». Таких, как он, было немало, и Жнецы более высоких статусов не утруждались их различать.

Проблема в том, что единицы из кандидатов реально чего-то достигали и выживали хотя бы неделю после попадания.

А ведь тот «девятьсот девяносто девятый» это не девятьсот девяносто девятая его «жертва-счастливчик». Их, особенно поначалу, было раза в четыре больше: счётчик засчитывал лишь тех, кто пройдёт хотя бы первые десять уровней самой занюханной Системы.

После пятисотого сбитого кожаного мешка Гор стал более требователен к своим кандидатам, так как за «пшик» он «пшик» и получал и ещё и план на серию сбивался.