Книга седьмая. Демон на свободе

Мои сообразительные подчиненные торопятся изо всех сил ради того, чтобы я убрал столь гнетущее их поле. Трупы катятся к краю крыши, падая вниз, к треску, крикам и, наверняка, убийственной вони исходящей от дыма фосфорных зарядов.

Именно из-за последнего нам и нужно так спешить. Дворец огромен, 24 яруса, диверсанты целились в нижнюю часть, но тем не менее, когда фосфорный дым дойдет до верха, то наша цель вполне может решить, что настало время бежать.

До этой поры все идет хорошо. За исключением одного.

– Эмберхарт-сама! – подскакивает ко мне Акира, один из самых сообразительных кицуне, – Верхние этажи слишком малы по площади! Мы не сможем вас полноценно прикрывать!

– Отступите к краю крыши, – командую я, указывая куда, – Ждите там, заодно скинете несколько гранат во двор, понятно?

– Да! – кровожадно улыбается оборотень. Ему резко становится весело. Почему? Да просто кидать гранаты на головы суетящимся во внешнем дворе людям – это забавно, только и всего.

Верхние два этажа – императорские покои.

По уверениям Ирукаи Сая, их занимать никто бы не посмел, свои бы сожрали, но тем не менее, проявляю максимальную осторожность, вламываясь на верхний этаж. В правой руке меч, в левой автомат, готовый выплюнуть порцию свинца в любого, кого увижу. Никого нет. Пустые покои, небольшой зал, небольшая библиотека. Быстрым шагом иду к лестнице.

Стереотипы старой японской знати всегда работают на «ура». Старый могущественный лорд, что бы не случилось, будет восседать в своем зале, принимая доклады слуг и отдавая распоряжения, пока ситуация не разрешится.

В данном случае – пока снизу не разгорится всерьез. Мой «клиент» именно этим и занимался. Одно «но» заключалось в том, что Ямада Монтоку благоразумно окружил себя простыми бойцами с огнестрельным оружием. О времена, о нравы…

Первыми с лестницы вниз я отправил аж три гранаты, благо набрал их с собой чуть ли не полтора десятка. В ответ раздалась пара неуверенных очередей, тут же захлебнувшихся разрывами отправленных подарков.

Бумажные стены очень плохо дружат со шрапнелью. Нужно спешить.

Крики, стоны, выстрелы. Еще граната. Затем Тишина. Можно спускаться. Третий этаж, обжитый Монтоку, он большой.

Сразу после лестницы с силой бросаю еще одну гранату вправо, прямо сквозь перегородки и уцелевшие квадраты бумаги. Туда, где до активации Тишины чувствовал мощную и яркую ауру, присущую могущественному пользователю техник.