Книга седьмая. Демон на свободе

Прооравшись, солдат бухнулся на свое сидение, а затем, выдохнув, довел до сведения Изидора краткую выжимку своего ора – мол, все солдаты из хабитата уходят с этим господином, им нужно в Сливяницу, а вы, идиоты хабитатские, крутитесь, как хотите. А так как старый дуракпо-прежнему делает вид, что он говорящее полено, капитан Котник сейчас отловит другого аборигена, помозговитее, а затем проинструктирует его, что нужно делать. Если они захотят жить – будут крутиться!

И тут у старого словена как будто включился рассудок.

Завывая сиреной, он бухнулся на колени, сноровисто подполз к упомянутому Котнику, сдавив его ноги в медвежьих объятиях и… как оказалось, я снова ошибся в оценке интеллекта этого типа. Местный староста вовсю начал уговаривать звереющего служивого «как-то решить проблему с Фояной». Потому как уходить некуда, уходить нельзя, покос в самом разгаре, что делать – они не знают, спасите-помогите.

Минуты через две старец выдохся ртом, но отпускать добычу не собирался, вцепившись в Котника мертвой хваткой.

– Я его сейчас убью, – скрипнул зубами я, обращаясь к вояке, застывшему как столб, – Он же тут всех под смерть подписывает, урод.

– Вы не…, – начал говорить солдат, но был перебит вновь забормотавшим дедом. Резко оскалившись, Котник выхватил из кобуры пистолет, щелкнул предохранителем, а затем, поднеся дуло к голове старого идиота, вышиб его небогатые мозги. Подёргавшись, освободился от хватки, толчком колена сбросил труп на пол, а затем, глубоко вздохнув, проговорил, – Это дело Словении, уважаемый.

Не нужно вмешиваться там, где есть её солдаты. Идемте.

Драгану Котнику пришлось пристрелить еще целых трех человек, перед тем как сбежавшиеся на звук выстрела люди прекратили маяться дурью и начали слушать. Затем уже подоспели его подчиненные, вид автоматов которых тут же настроил хабитатцев на мирное и тихое впитывание чужой мудрости. Объяснениям словена они сильно огорчились, начав задавать те же вопросы про покос, «куда идти», «куда деваться», но теперь с ними возиться никто не стал.

Ткнув пальцем в сторону, противоположную вымершему хабитату Фояна, Котник во главе своих бойцов пробился через всё увеличивающуюся толпу.

– Первая Армия точно в Сливянице? – уточнял я на ходу у капитана, – Сколько там пробудет штаб, знаете?

– Не имею ни малейших представлений, уважаемый, – сухо отвечал мне словен, – На связи они постоянно, наличные силы держат фрагментированно, но управляющий всем итальянец точно там. Инка… Игна…

– Инганнаморте.

– Да, точно.