ГРИДЕНЬ: Ратная школа

Перед тем как пуститься на вольные хлеба, следовало закончить дела здесь.

– Зайдёшь, я самовар поставлю, чаем тебя напою? – с надеждой спросила Рада, когда мы подошли к крыльцу.

– Сначала к отцу твоему наведаюсь.

– А может не надо? – с надеждой спросила девушка.

Её вопрос должен был меня насторожить, но я лишь отмахнулся и без задней мысли зашагал в сторону кузни. Туда, откуда несло гарью и доносился звон металла.

Стоило мне приблизиться к чадящему дымом входу, как изнутри здания вышел мужик. Был он массивен словно медведь, вставший на задние лапы, и столь же волосат.

Необъятную грудь кузнеца прикрывал один лишь кожаный фартук, по которому ручьями стекал пот.

– Здрав будь Добромил, Сварог в помощь, – произнёс я.

В ответ на приветствие отец Рады неожиданно насупил кустистые брови и смерил меня недобрым взглядом – чего это он? Неужто обиделся на что или просто настроение дурное?

– Зачем пожаловал? – недовольно пробасил кузнец.

– Да вот, проходил мимо, дай, думаю, зайду, узнаю готов ли заказ?

Около двух лет минуло с тех пор, как я уговорил кузнеца изготовить мне протез.

Невесть какой: простенький, механический, без излишеств. Однако одному Роду ведомо, каких сил мне стоило уболтать отца Рады на эту авантюру. Деревенский кузнец, который привык ковать простую крестьянскую утварь, никак не хотел браться за столь сложную по его меркам работу. Даже предоставленные мной чертежи деталей и схема сборки никак не помогли. И только, когда я продемонстрировал кузнецу толстую пачку купюр, он всё же взялся за дело, но предупредил, что времени потребуется немало. Впрочем, я и сам это понимал. Без высокоточных станков с ЧПУ изготовить многие детали было крайне сложно.

– А нет его больше твоего заказа, – ошарашил меня кузнец.

– Как нет?! – от услышанной новости едва не поплохело.

– А так, расплавил я его. Будешь паскудник знать, как кровиночке моей голову дурить. Ишь удумала чего, за калечного замуж идти. Чтоб я тебя рядом с ней больше не видел!

"Ну Рада, ну удружила! " – мне аж скулы от злости свело.

Столько трудов и всё псу под хвост!

– Задаток завтра у старосты заберёшь и чтобы духу твоего здесь больше не было.

– Да в зад себе этот задаток засунь! – красная пелена застлала взор. Мне захотелось кинуться на урода и вцепиться ему зубами в глотку.

Этот сердобольный папаша с одной извилиной, да и той из-за налобной повязки только что похерил мою надежду на полноценную жизнь. Будь у меня топор, я бы точно пустил его вход.