Из рода Бурого Медведя. Том 3

Серджио Фринкелли напрягся, но ответил утвердительно, лишь поинтересовался:

- Вы же не намерены покушаться на императора?

- Этого точно не будет, - сказал быстро я, чуть не ляпнув «пока не намерен». Не стоит пугать людей раньше времени.

- Тогда остальное… за вознаграждение… мы возьмёмся. Возьмёмся и победим, - улыбнулся он.

- Надеюсь не придётся пользоваться вашими услугами, - улыбнулся я в ответ.

- Что ж, мы тоже рады получать взносы ни за что, - учтиво улыбнулся опять он. На том мы и распрощались.

Я вернулся на съемное жильё, ещё раз прошёлся по просторной комнате, больше похожей на зал-студию.

Там было всего одного, но большое окно вовсю стену, типа панорамного, с тяжёлыми шторами до самого пола. Видимо что бы компенсировать частично холод зимой. Что ж… поставив мотоцикл в подвал, я поехал домой автобусе, а потом на поезде...

Этот день я затирал в астрале очень тщательно, особенно тем моменты где снимал маску, кому нёс деньги, посещение адвоката. Пришлось повозиться, я спросил кое какого совета у бабушки и она мне показа как скрыть следы более тщательно.

Продвинув меня немного в пользовании астрала, бабушка опять затянула старую песню:

- Миша, - сказал она с глазами полными слёз. – Может, давай ты полетишь с нами…

- Нет бабушка, - сказал веско я. – Тогда это точно ляжет на семью. И у меня здесь есть план отхода, поверь мне…

Но она продолжала смотреь на меня печальными глазами, словно уже стоит возле моего гроба.

- Так Коленька ушёл на войну, - наконец выдавила она. – Ушёл весёлый и не вернулся.

Всё говорил, мол со мной ничего не случиться.

Это мамин брат, её сын.

- Со мной точно ничего не случится, - сказал я.- Я в маму, а она в деда.

- Не знаю, не знаю, - сказала с сомнением бабушка. – Буду молить бога что бы ты выкрутился.

В попытке успокоить, я обнял бабушку, отчего она уже откровенно заплакала на моём плече, промочив его чуть ли не насквозь. И что меня самого лишь привело в тревогу от которой я так усердно избавлялся последние дни.

Мимо проходил дед, увидев эти рыдания он сразу наехал на бабушка:

- Ну что ты его хоронишь! Перестань ныть.

Слышишь?!

- Да, - покорно ответила бабушка, нехарактерно для неё в их отношениях. – Я уже не плачу…

Дед увёл её с кухни в их комнату, а я пошёл спать. Оставался дин день до их отъезда.

Четвёртого января Кротов сдал вещи в поезд.

Пятого января настал тот день, когда я провожал всю семью в Сибирь. Соседям мы сказали что решили переехать в связи с грядущей свадьбой мамы.