Единственный в мире

— Ну, чё вы так далеко!?

— Аха тарта лу!

— Лунтаррата!

— Лаки нартарара!

— Говорите по-Царски, ироды! Не хотите драться!? Тогда я иду к вам! — приготовившись к продолжению банкета, побежал на десяток гоблинов поменьше. Во мне даже азарт проснулся, когда увидел, что они начала бежать, что-то тарабаня на своем языке — Куда!? А ну, сто-о-о-оя-я-я-ят... бля-я-я-ять! — от неожиданности, когда земля под ногами начала отдаляться, тоже заорал как не в себя!

— КИ-КИ-КИ! — заорал в ответ огромны птеродактиль схвативший своими когтями за гоблинский бочонок на спине.

— Ах урод юрского периода! Отпусти, скотина! — смотря в пузо птице-подростку, начал трепыхаться, чуть не выронил секиру из рук пытаясь достать до туши. — Не-не! Не отпускай, милая птичка! — это я посмотрел вниз, когда заметил, когда мы сравнялись с верхушкой пирамиды и меня куда-то относят в сторону от неё. — Блять, я не заказывал билеты в один конец! — трепыхаться перестал, прижав оружие к груди. Зато этот летающий обалдуй то и дело казалось пытался разжать когти, а мне этого не хотелось.

Я точно не выживу, если упаду с двухсот метров!

К счастью или нет, птичка-переросток, шпарясь на своём птичьем с пролетающими рядом товарками, начала снижаться. Сам наблюдал, как становиться ближе одно из гнёзд, расположенных на верхушке высокого дерева, среди пару сотен таких же. Пока планировал как буду выбираться из этого дерьма, заметил зондовые очертание на земле.

— Да ладно! — пока махался с гоблинами, из-за горизонта начало подниматься первое солнце, подсвечивая верхушку очередного храма.

По моей схеме он расположился примерно на северо-западе от большой пирамиды. Когда мы достаточно снизились, эта скотинка кожаная начала уносить меня дальше замеченного храма. — Эй, а ну назад! — на мои претензии, меня чуть не ткнули длинным клювом. — Ну сама напросилась!

Опустив секиру в сторону земли, взялся всего одной ладонью за конец древка. Раскачав оружие, сделал резкий круговой взмах. К моему удивлению, лезвие секиры с лёгкостью рассекло птеродактиля в районе желудка и на меня полилась кровь динозавра.

— КРИ-И-И-И!

— ДА НЕ ОРИ!

Мой личный самолет начало трясти, хотя, как тут не будет турбулентности, если кишки лезут наружу? Этим действием заставил птеродактиля начать снижаться быстрее, только я не продумал что буду придавлен много килограммовой тушей, ведь эта хрень меня до сих пор держала своими когтями. Не знаю, как, но у меня получилось перерубить секирой тонкие лапы этой твари, и мы наконец разъединились.