Единственный в мире

Это даже не память, с помощью которой можно выучить карту или пройтись по улицам запоминая путь. Нет, это возможность найти свою цель, даже не зная куда идти! Помню вывезли нас экскурсию, неизвестно куда, а я по дурости поспорил что сам вернусь ну и... вернулся, через день, но сам!

— Хах, не знал, что у меня может быть просветление... — остановившись у очередной развилки, направился в самый длинный коридор. При осмотре, лишь от одного пути появилось знакомое чувство. — Хер я здесь от голода сдохну, долбаный Вещатель!

На лице появилась широкая ухмылка, а ноги сами перешли с обычного шага на бег.

Новый поворот налево, затем прямо. Снова новый коридор, куда меня привела интуиция, прямо к первым встречным обитателям лабиринта. Увидев нестройный отряд из десяти каких-то чернокожих уродцев, даже на гоблинов не похожи, не останавливаясь чуть подпрыгнул, раскрутил секиру вокруг своей оси, прошелся сквозь толпу ксенонов, побежал дальше. С каждым новым поворотом монстры встречались всё чаще, что укрепляло веру в свою интуицию. Если монстров много — значит я на правильном пути. Железная логика, на которую мне нужно сейчас полагаться.

Примерно спустя полтора часа бега, меня отловили огромные мокрицы, которые могли спокойно меня нагнать. Пришлось их порубить в мелкую капусту, дабы они не могли меня преследовать.

— Фух! — поставив ногу на твёрдый панцирь, с небольшим усилием выдернул секиру из тушки насекомого, забросил оружие на плечо и стер со лба пот. — Осталось немного, — неожиданный порыв эмоций наконец схлынул, и я мог думать более трезво.

Осмотревшись, направился в более разрушенную часть лабиринта. Если в начале стены выглядели как качественный монолитный мрамор, то чем дальше я следовал своему чутью, то тем больше вокруг царила разруха. Даже повезло найти разрушенную стену, через которую я смог сократить путь до выхода. По крайней мере мне так казалось.

Жалко конечно, что у местных обитателей не было ни еды нормальной, ни воды и в большинстве своём выглядели как какая-то мерзость, плод любви пластилина и огня.

Только почему-то с признаками аутизма. Наверное, только мокрицы хотели меня прибить, остальные не сильно обращали своё внимание даже на смерть сородичей. Странно короче!

— Так, — подняв указательный палец на очередной развилке, сколько их уже было не счесть, недолго думая указал на тот проход, где чувствовался выход, — туда нам надо! — вздохнув, снова поплелся босыми ногами по холодному камню.