Лев Грабитель

Потому что в домах попроще все друг друга и так слышат.

После вина мне тоскливо. Выпил мало. По сути, запил десерт. На душу словно подвесили грузики, которые дребезжат с каждым сокращением моего сердца. Я уставился в цветочную композицию и думаю, на какие цветы похожи те, что нас разделяют. К сожалению, я не знаю толком цветов кроме гвоздик, роз и лилий. Ну, ромашки еще знаю. А так бы точно идентифицировал и сидел бы как Овидиевич с осоловевшей рожей, шептался с Длинной, забыв о ее волосатой заднице…

Овидиевич с Длинной не шепчется.

Он сидит с краю, рядом с Эммануилом, казначеем, и о чем-то оживленно, взмахивая ладонью, но тихо, ему рассказывает. В красках, в лицах, потому что Эммануил жутко заинтересован и вовлечен. И хитрый прищур казначея дает понять, что параллельно он думает о чем-то своем.

Из дальней комнаты раздается звонок, затем он повторяется в длинном коридоре, из которого мы пришли и настигает нас в пищеприемном зале. Это я его так назвал. Затем звонки повторяются в обратном порядке.

Гобелен встал, сделал жест ладонями – снизу вверх, давая понять, что вставать пора всем.

- Господа и дамы, отправляемся в салон!

На той стороне одобрительно зашумели и мы вместе с Длинной тоже идем в салон.

Складывается ощущение, что я в той передаче, где принимают гостей. Там все было точно так же. Сначала еда, потом развлечения. По итогу – оценки. Обыкновенно предвзятые, потому как все участники приходятся друг другу конкурентами и им нельзя ставить слишком высокие баллы.

Потом программу испортили, там стали происходить скандалы и доходило до постановочных драк, но этих пердунов я бы развалил с трех пинков. Всех пятерых.

«А потом материл бы. Пинал и материл», - я закончил свою фантазию о званом ужине на позитивной ноте, когда мы вошли в Салон.

Это уставленная диванами и пуфами комната с шелковыми обоями. Разобрать узор оказалось затруднительно, потому что стены загораживают двухметровые винные стеллажи. Между окнами стоят шкафы сигарной галереи, баночки с неизвестным растительным содержимым и вазы с отходящими в сторону от широких плеч тонкими трубками.

С потолка смотрят фрески в стиле ренессанса, а полы украшает растительный узор.

Мудраки вновь разбились по группам, но уже другого состава. Я сел с Длинной на большой диван, стараясь особо о нее не тереться. Почему-то стал чувствовать себя неуютно. Возможно, дело в килте и том, что я не мылся несколько дней.