Последний русич

Я мучительно пытался открыть глаза, и в воспалённый разум тут же ворвались десятки уведомлений. Они словно издевались надо мной, отказываясь складываться в нормальные слова.

...ска...

...шиб...

...гру...

...Кри...

Световые пятна кружились перед глазами, доводя меня до тошноты. Вместе с ними качалось всё вокруг или я качался, лёжа на жёстких досках пола. Тело отказывалось слушаться. Мышцы воспринимались кусками мокрой ваты. Перед носом торчал из доски крохотный сучок, который стал единственным островом стабильности в сошедшей с ума реальности.

Хоровод окон замедлил бег и слегка увеличился в размерах.

...Крити...

...грузка...

...о...бка...

Решать этот ребус не было ни сил, ни желания. Я едва смог приподняться на дрожащих руках, как снова рухнул на пол. Чувствительность в конечностях пропала окончательно, зато мой деревянный ориентир рассёк мне при падении щеку, и это слегка прочистило буксующие мозги. Взгляд немного прояснился, но лучше бы я так и оставался лежащей на полу колодой.

То, что я сумел рассмотреть во время краткого просветления, заставило судорожно сжаться внутренности.

Внимание!!!! Критическая ошибка! Требуется локальная перезагрузка системы!

— Что же я наделал?! — теряя по пути буквы и целые слова, промычал я. Смахнуть в сторону сообщение никак не удавалось, хотя мои жалкие попытки шевелить мозгами вряд ли кто-то вообще мог заметить. — Мать-перемать...

Сообщения превратились в единое полотно, полностью перекрыв обзор, но перед глазами так и остались три лежащих на полу тела в серых накидках.

Если княжич был внуком Яромира, то его сын был князем, а сам старик... Хрен знает кто он был, но за убийство этого деда меня точно не похвалят. Лучше сразу убиться об стену, чем выйти из здания и сообщить о случившемся.

Словно удовлетворившись достигнутым эффектом, простыня растаяла, оставив меня наедине с жестокой реальностью и небольшим таймером, тикавшим в самом углу поля зрения. И тут меня тряхнуло по-настоящему.

Снаружи тоже ведь были люди. Целый город! А если я и их всех... того... перегрузил?

Невероятным усилием подняв дубовое тело на четвереньки, я добрался до лавки и с её помощью принял вертикальное положение. Целую вечность после этого приходил в себя и собирался с силами, но до находившийся в двух шагах двери дотянуться сумел. И даже толкнул её от себя, чуть не выпав следом.

— Закончили ужо, княжич? — хмуро посмотрел на меня сидевший снаружи ратник.