Последний русич

Никто из дружинников, кроме десятника, не принадлежал к Роду и собственного интерфейса у них не было. Однако коллективное творчество ратников напрямую влияло на ткань реальности. Именно ратников, потому что Никита петь не стал. Как и я.

Это наталкивало на определённые мысли. Возможно, в далёком прошлом этого мира божественные силы были доступны абсолютно всем. Но кого-то это не устроило. Была создана технология, которая искусственно выделила из человеческого общества правящую касту не только социально, но и на более глубоком уровне, создав барьер между знатью и обычными людьми.

Такой подход показался мне несправедливым. В моём мире так же делились финансовые ресурсы между разными слоями общества. Кто-то от скуки покупал яхты и самолёты, а кто-то едва сводил концы с концами, впахивая на трёх работах. Здесь принцип был тот же, вот только обычный крестьянин даже в лотерею выиграть не мог. Он так и оставался всю жизнь существом второго сорта. И его дети. И внуки... Если только кто-то из господ не снисходил до брака с кем-то из них.

Неприятно это всё...

«Так заповедали боги!» — грубо вторгся в мои размышления голос бывшего владельца моего нового тела. — «И не тебе их судить, пришлый. У всех своя ноша и свои тревоги».

— Хорошо рассуждать, когда ты сидишь на самой верхушке пищевой цепочки, — пользуясь тем, что рядом никого не было, вслух ответил я. — Ты это крестьянам и горожанам скажи, которые от зари до зари спину гнут, чтобы ты хорошо кушал и одежду красивую носил.

«У всех свои проблемы», — упрямо повторил Алексей.

— «Коли святилище рода враг займёт, то все родичи вымрут до последнего. А простой люд как трудился в поле, так и будет трудиться. Разве что платить захватчикам поболе придётся или гридни новые непотребства чинить станут. Мы жизнями своими землю родную защищаем, а они...»

— А они пашут изо дня в день, — грубо ответил я. — И им глубоко фиолетово, кто сидит в княжеском тереме. Ты, Валдис или ещё какой Прометей залётный. Вот об этом я и говорю, Алёша. Не людей вы защищаете, а власть и свою сытую жизнь.

«Родичи заботятся о горожанах. За всё княжество радеют!» — угрюмо возразил мне княжич. — «Без сильного рода не родит земля, а богатые города хиреют. Без твёрдой руки князя вразнобой живёт люд, и лихо всякое нарождается. Тати на дорогах и в сёлах лютуют. Мирному человеку трудиться мешают».

— Это тебе учителя твои сказали? — с интересом спросил я. - Или сам додумался?

«Отец мне так говорил», — гордо заявил Алексей. —«А ему его отец.