Последний русич

«Слуги Эрлик-хана считают, что любая смерть принадлежит их повелителю,» — неожиданно пришёл мне на помощь княжич. — «Если кто-то приговорил человека к смерти, то Мёртвые с радостью приведут этот приговор в исполнение. Особенно если сделать щедрое пожертвование в храме их бога.»

— Так они обычные киллеры? — на мгновение забывшись, вслух произнёс я. — Наёмники?

— Можно и так сказать, — неспешно кивнул Прохор. — А ты не так глуп, пришлый. Схватываешь все на лету.

«А ты откуда об этом знаешь?» — бледно улыбнувшись собеседнику, мысленно спросил я.

«Род моей матери вырезали Мёртвые,» — неохотно ответил Алёша. — «Только она в живых осталась, да и то потому, что к отцу моему в Смоленск уехала.»

«Давно?» — быстро спросил я. Возможно я случайно наткнулся на хвост давней истории, начало которой не застал. Мне это особо ничего не давало, но информация лишней точно не будет.

«Две дюжины зим назад,» — ответил княжич. Я чувствовал, что Алексей не хочет об этом говорить. Давняя трагедия его семьи уже покрылась пылью на полках истории, однако сейчас могли пригодиться любые данные.

— Если ты всё спросил... — заметив мой отстраненный вид, прогудел воин.

— Погоди, — остановил его я.

«Их нашли? И что с ними стало? Кто был заказчиком?» — выдал серию вопросов я.

«Нашли,» — хмуро ответил Алёша, — «Возле каждого члена рода по одному убивцу лежало. Даже рядом с малыми детьми и стариками. Никого не пощадили Мёртвые. И сами, все как один, померли. Кто зарезался, а кто яд сожрал.»

— Так же, как и наш стрелок, — задумчиво произнёс я и посмотрел на терпеливо дожидающегося меня богатыря.

— Какого дружинника? — удивлённо спросил великан.

— Всё того же, Прохор, — терпеливо пояснил я. — Всё того же. Который меня на землю ронял.

— Не ведаю, — покачал головой богатырь. — Там толкотня большая началась после твоего крика. Все на лучника смотрели. И я вместе со всеми. Может случайно затоптали. Ты же его на землю бросил. Поди оклематься не успел, вот и пропал, почём зря.

Ага... Пропал... С ножом в горле и за те несколько секунд, что мы в воздухе болтались. Этого я говорить не стал. Мои подозрения всё ещё оставались подозрениями и озвучивать их было рано. Может и не прав я, хотя шанс ошибиться исчезающе мал.

— Лучника старшие забрали, — спустя пару секунд произнёс я. — А других пострадавших и ушибленных куда относят?

— На месте пользуют, — рассудительно ответил воин. — А коли к богам ушёл, то в дружинный дом несут.