Удача

Если подобное сообщение попадает в нежелательные руки, его практически невозможно прочесть. Вы же не смогли прочитать то, что мне написали? Я прав?

- Да, - кивнул в ответ Петька, стараясь не отставать от мужчины.

- Это потому, что эфирное послание настроено на меня лично. Только я с помощью своего эфира могу его прочесть. Ну, и возможно воины не ниже ранга искателя. Больше никто, - пояснил Максим и поспешил сообщить новобранцам, о содержимом послания. – С этого момента называйте меня наставником.

- Да! – дружно отчеканили юнцы, продолжая следовать за ним.

- Наставник, - тут же услышал Макс, уже знакомый голос Петьки. – А что такое эфир? Я слышал это первый элемент в таблице Менделеева.

- Скорее нулевой. Тот самый, с которого начались все вещества во вселенной. Тот, что может проникать во всё во вселенной. И не важно, сколь твёрд или разжижен этот предмет или вещество, - ответил Макс и тут же спохватился. – Об этом веществе и многом другом вы узнаете на уроках магии. А пока вам нежно усвоить практические знания по распорядку дня в казарме, - и тут начинающий наставник увидел, как Петька опять открывает рот, чтобы задать очередной вопрос.

– А ну цыц! Ах, вы засранцы! Кому сказано молчать, идти и слушать! Ещё раз перебьёте – схлопочите три наряда вне очереди и отправитесь сатиры зубной щёткой чистить.

Петька моментально проглотил свой вопрос и молча последовал за наставником, нутром почуяв – этого мужика лучше не злить. Тем временем они успели покинуть уютный военный городок и двинулись дальше по прямой, убегающей непонятно куда дороге, по обеим сторонам которой теперь раскинулись небольшие, ухоженные огороды.

За ними виднелась лесополоса, прямо как на родной Кубани.

Идти пришлось не долго, всего около сорока минут. И то, что казалось из далека привычной лесополосой на поверку оказалось огромной, ажурной стеной – подпоркой купола. Сооружение впечатляло своей кажущейся лёгкостью и невероятной прочностью, ведь оно не позволяло толще ледяной воды, смять, словно консервную банку, прозрачную защиту города.

Путники вошли в единственные ворота, в которые упиралась дорога, прошли под их сводами, дивясь толщине сооружения, и оказались на другой стороне, всё на той же дороге, что продолжала куда-то бежать. Только теперь её не обрамляли красивые тротуары, уставленные цветочными горшками. Здесь всё было просто и строго. Дорога, тротуар, а за ним высокий забор, опоясывающий целый квартал.