Граф Лазарев. Том III

— Вот был у меня попугайчик, — проворковала бабуля, усаживаясь. — Зеленый такой, и говорить умел. Жаль, кот его сожрал. Вы, может быть, зайдете? Мне право неловко, что пришлось вас напрягать, хоть чаем угощу.

— Что вы, я всегда готов помочь, — заверил я. — Но чаю выпью. Пойду позову лакея, пусть принесет нам.

Отыскав слугу и велев ему притащить чайник, я вернулся в купе и пристроился рядом с бабушкой. Лучше уж такая компания, чем никакой.

— Все-таки птичка мне ваша нравится. Красивая такая голубка, сидит себе смирно.

Это девочка?

Каладрий от такого вопроса чуть с плеча не грохнулся.

— Определённо мальчик, — заверил я. — Половина птиц вокруг моего имения может это подтвердить.

— Хороший такой, — снова умилилась моя попутчица. — Наверно, всего боится?

Каладрий в ответ на это заявление вперился сверкающими ярко-красными глазами прямо в старушку. Та протянула руку и погладила его по перышкам.

— Ох, простите, что это я не представилась, — спохватилась бабуля.

— Антонина Ивановна.

— Граф Виктор Лазарев. — Я галантно протянул руку.

— Тот самый Виктор Лазарев? Который владеет золотым прииском?

Я скромно кивнул.

— Вы популярная личность, граф. Вся столица только и говорит о том, что вы вхожи к самому Императору.

— Серьезно? — Я постарался скрыть самодовольную улыбку. — Право слово, они преувеличивают. Его Величество всего лишь дал мне пару аудиенций.

— Многие и одну аудиенцию ждут месяцами.

Хаха. Ну так многие — это не я.

..

Разговор с бабусей продлился до самого вечера, я даже приказал слуге принести нам ужин в ее купе. Ближе к ночи старушка собралась спать, и я скромно удалился. Что ж, компанию мне составила не юная дева, конечно, но все равно я немного развлекся.

Вернувшись к себе, я попытался морально настроиться то, чтобы вновь взяться за «Полный атлас». Как же мне лень читать эту ерунду! Ладно, я сейчас его открою. Совсем скоро, через десять минут.

В попытке найти занятие, оправдывающее то, что я не берусь за книжку, я попытался прокрутить в голове разговор с бабусей и внезапно понял, что за несколько часов не узнал о ней ровным счетом ничего.

Обычно старые женщины мучают собеседников воспоминаниями о бурной молодости, рассказами о детях и многочисленных внуках, а тут я не смог вспомнить ни ее титула, ни даже фамилии. Непостижимым образом мы умудрились полдня проболтать обо всем и ни о чем. Ну и обо мне любимом, конечно.