Граф Лазарев. Том III

Я фыркнул, всем своим видом изображая оскорблённое высокомерие.

— И что, теперь каждый грязный мужик, который заплатит, может ехать в одном вагоне с графом? Это возмутительно. Да откуда у него вообще деньги? Может, это чей-то слуга, за него заплатил благородный Род? Тогда это хоть как-то терпимо.

— Про Род ничего не указано, пассажир платил сам. Понимаю ваше негодование, Ваше Сиятельство, самому не нравится. Раньше такого не было, чтобы в первом классе мог ездить черт знает кто. Но начальство железной дороги так решило, кто заплатит, того и пускать.

Я подавил искушение спросить, что за милая бабушка едет со мной в соседнем купе. Это было бы неприлично. Рано или поздно я все равно это выясню, пересечемся же мы когда-нибудь в обществе.

— О, позвольте я уберу. — Проводник заметил в углу газету, ставшую последним пристанищем Ивана Ивановича Иванова.

— Конечно. — За окном потянулись московские дома. Мы уже совсем рядом с вокзалом. — Можете уже приносить мой багаж.

Выяснить, кто на меня напал, похоже, так и не удастся.

Вряд ли великая зацепка с Иваном Ивановичем Ивановым сможет меня куда-нибудь привести. А значит, пора отправляться в мою московскую резиденцию. То есть к Императору, сначала, конечно же, к Императору. А то он от меня не отстанет.

Глава 7

За две свои жизни я повидал немало дворцов. Но усадьба Кусково поражала воображение.

Огромный архитектурный комплекс, раскинувшийся на берегу пруда, я посещал еще в своем мире, но там он был музеем, не более. Род Шереметьевых, как и многие благородные Рода, канул в прошлое, и роскошный дворец стал всего лишь напоминанием о былой эпохе.

И оттого казался словно бы меньше, незначительней. Теперь же он предстал передо мной во всем своем великолепии.

Моя коляска подъехала ко входу во дворец. Тут же подскочил безукоризненно вышколенный лакей и открыл дверцу. Прием давали с помпой, которой позавидовал бы и сам Император. Во дворе я заметил целую череду колясок и карет, украшенных гербами и позолотой. Некоторые из них, благодаря «Дополненному атласу», я даже узнал.

Швейцар у двери посмотрел на мое приглашение, выполненное изящными золотыми буквами, и улыбнулся.

— Граф Лазарев! Прошу, проходите. Хозяйка будет очень рада вас видеть.

Я поздоровался и ступил в услужливо распахнутые двери. Хозяйка? Имеется в виду одна из жен князя? Я постарался припомнить, как они выглядят. Кажется, красивая статная блондинка и такая же красивая брюнетка, хоть обе и не слишком молоды.