Гром гремит дважды. Капкан

Внешне твоя работа будет мало чем отличаться от той, что ты делал для Хуа. Тебя тоже могут в любой момент поднять и послать к какому-нибудь человеку делать ему больно, или что-нибудь забрать. Раньше ты мог не знать, зачем ты это делаешь. Но здесь, работая на меня, ты должен знать.

Ксиаози кивнул, в его глазах горело нетерпение.

— За каждую выполненную работу получишь оплату. И запомни один очень важный момент. — Я подался вперёд, сверля Ксиаози взглядом. — Пройдя испытание, ты получишь одну таблетку. Этого хватит, чтобы навсегда забыть о зависимости.

После этого ты отдаёшь мне все свои запасы клановых таблеток. И с тех пор — никакой дури. Ты не употребляешь ничего серьёзнее алкоголя. И уж тем более — не продаёшь. Если начнёшь продавать — однажды к тебе придёт кто-то вроде тебя. Понял?

— Да. Да, конечно, понял. Я ведь не дурак, — забормотал Ксиаози, не зная, куда деть взгляд.

— И ещё, запомни хорошенько. Обмануть меня ты не сможешь. Я чую эту дрянь, буквально. И если от тебя хоть немного напахнёт — на этом всё закончится.

Вот тебе самая главная заповедь, которую придётся соблюдать до конца жизни. Тебе это по силам?

— По силам... Конечно! О чём речь...

Я откинулся на спинку стула, «отпустил» пацана, позволил ему подышать спокойно. Пока непонятно, выйдет ли из него толк. Но в любом случае, испытание он заслужил.

— Пока не принёс присягу, ты — сам по себе, Ксиаози. Можешь развернуться и уйти в любой момент. Вернуться к Хуа. Подумай.

Ксиаози поёрзал, откашлялся и, наконец, посмотрел мне в глаза.

— Я уже подумал, Лей. Сто раз подумал. Хочешь, чтобы я валил барыг — будет сделано. Хочешь, чтобы я этим гордился — буду. Всё, что угодно. Дай мне просто стать человеком, как раньше, и можешь смело идти со мной хоть на войну, хоть в ад.

Я кивнул и достал из внутреннего кармана куртки белый конверт. Положил его на стол.

— Здесь — имя и адрес. Этого человека мы уже предупреждали, но он снова занялся тем же самым. Это нужно прекратить. Сам реши, как это сделать. Можешь меня удивить, если хочешь.

Главное — результат. Этот человек больше не должен продавать дурь. Управишься — сообщи Джиану.

Ксиаози взял конверт и спрятал его в карман, не стал разворачивать тут же. Это мне понравилось. Действительно, для чего ему проявлять нетерпение? Ксиаози не местный. Ни имя, ни адрес ничего ему не скажут. Разберётся по ходу дела.

— Сделаю. — Ксиаози залпом допил чай. — Сроки есть?

— Неделя.

— То, что найду при нём?

— Не понял? — нахмурился я.