Гром гремит дважды. Капкан

Не давали покоя слова Кианга о том, что он может подобраться ко мне в любой момент. Что это было? Печальная правда? Или лихорадочная попытка ввести в заблуждение, заставить нервничать? Как всегда, достоверной информации — ноль, зато простора для фантазии — хоть лопатой зачерпывай.

Людским потоком меня несло, но вот я шагнул в сторону и оказался перед витриной ювелирного магазина. Заходить не стал, но отчего-то залип, глядя через стекло на сдержанно поблескивающие в правильном свете побрякушки. Продавец заметил меня и как-то занервничал.

Я усмехнулся и прошёл мимо. Знал бы дядька, что я, при желании, могу купить у него весь товар, даже вместе с магазином — не стал бы волноваться.

— Я думаю, она была бы очень рада.

— Твою мать!

Я чуть не подпрыгнул, услышав этот голос у себя за спиной. Дэйю. Дерьмо! И как она умудрилась подкрасться ко мне незаметно?! Да что со мной такое? А если бы это был Кианг? Да я бы сейчас уже лежал мордой в асфальт, булькая кровью.

Дэйю, как ни в чём не бывало, поравнялась со мной, взяла под руку и куда-то потащила.

В сторону, в переулок.

— Куда ты меня тащишь? — Я не сопротивлялся, просто устало спрашивал. — И кто чему был бы рад?

— Ниу, — коротко ответила Дэйю.

— А... — Я сообразил, как со стороны могло выглядеть моё стояние перед ювелирным. — Ну да. Она такая — легко радуется.

— И что тебя останавливает? — Дэйю опять ловко изменила направление.

— То, что мне хотелось бы для разнообразия самому порадоваться.

Чуть в сторону от благоустроенных центральных улиц, и будто в другой мир попадаешь.

Наверное, так во всех городах во всех мирах. Мусор под ногами, раздолбанный асфальт, унылые обшарпанные дома. Но среди них что-то ещё произрастало. За высоким временным забором возвышалось свежепостроенное здание. У рабочих сейчас, очевидно, был обеденный перерыв, а может, выходной. Или мы как раз поймали такой момент, что строители закончили своё дело, а другие — те, кто будут тянуть провода, вставлять стёкла, белить и красить — ещё не приступили к работе.

— Ты не умеешь радоваться, — сказала Дэйю.

Она подошла к дыре в заборе. Со стороны казалось, дырка слишком маленькая, однако постоишь возле неё и понимаешь, что вполне мог бы пролезть через неё на ту сторону. Может, это из-за того, что где-то в глубине души я до сих пор был не самым дистрофичным взрослым дядькой, к тому же — инвалидом?

Дэйю скользнула на ту сторону. Я вздохнул, огляделся и последовал за ней.