Жажда Дюрка. Том 2. Слёзы немеркнущего огня

Код доступа к святым местам находится в руках только главных жрецов, вождей племен и наиболее почитаемых мусульманских шейхов.

Лазутчики кагана выяснили: кто станет обладателем кода к поземному ходу, объединяющему эти священные места, тот станет обладателем всех святынь Табасарана. Через них станет обладателем безмерных богатств многих стран, расположенных на Великом Шелковом пути.

Лазутчикам кагана стало понятно, что реперные точки табасаран являются хранителями ключей, открывающими и закрывающими проходы к Великому Шелковому пути, проложенному с запада Каспийского моря в Китай, Индию, на Север Европы, Ближний Восток, Африку.

Эти ключи открывают и закрывают торговые пути, ведущие в Сибирь, на Ближний Восток, на Север.

Обладателем кода ключа к реперным зонам табасаран должен стать хазарский каган, который отомкнет все замки, закрывающие доступы ко всем торговым путям мира.

Вся тайна ключа заложена в золотом Идоле и Родовом огне табасаран. Поэтому усилия всех лазутчиков хазарского кагана были направлены на то, чтобы из галереи пещер Дюрк выкрасть золотого Идола вместе с Родовым огнем.

Это лишит табасаранские племена магической духовной силы. С утерей этих святынь все табасаранские аулы, стоянки, стойбища лишатся огня, света. В саклях одновременно погаснет свет, в очагах огонь. Тогда весь Табаристан погрузится в могильный мрак.

По докладам лазутчиков кагана, золотой Идол с Родовым огнем хранят в себе силу мироздания, геном табасаранского племени, всего человечества и вечной жизни.

Став обладателем золотого Идола с Родовым огнем, каган станет и обладателем двух остальных святынь табасаран: Меча, посланного небесами, и небесного Камня.

Тогда мир падет к стопам хазарского кагана.

Глава 2

Хазарский каган, чем сильнее и богаче становился грабежами, тем становился жаднее, нетерпимее к соседям. Его дружины нападали, грабили то одних горцев, то других. Завоевывал города, населенные пункты горцев, степных народов, живущих между Азовским и Каспийским морями, у них отбирал все, что жаждала его душа.

Самодовольству, алчности кагана не было границ. От жажды кагана к богатствам полыхал весь Кавказ, полыхала вся степь.

Против притеснений кагана восстали племена, народы Северного Кавказа и Закавказья. Нетерпение горцев перешло критическую черту. То в одном, то в другом месте вспыхивали волнения племен.

Вдруг на Кавказе удача стала отворачиваться от хазарского кагана.