Яйцо

Неприметные для человеческого глаза переходы разных оттенков лака на древесине давно потемневших от времени барельефах, украшавших тут все стены, стали почти болезненно-очевидными. Вид самих барельефов тоже вызывал вопросы. Правда, в основном эстетического характера. «Цветы — странноватый выбор для такого места» — решил про себя Григорий и продолжил осмотр.

Золотистые копья солнца, падая из световых колодцев в крыше здания, ударяли в потолочные светильники, проходя их насквозь. Свет путался в хрустале плафонов и вдребезги раскалывался, осыпая стены и потолок неисчислимым количеством мелких многоугольных радуг.

Но они лишь подчёркивали плотную и синеватую полутьму коридоров. Там же, где они соединялись, образовывая центральную залу, её середина с большим грузовым лифтом и вовсе тонула в непроглядной тьме. Но что-то портило всю эту стройную картину. Как когда какое-то почти неуловимое, но всё равно неправильное движение нарушает ход хорошо отрепетированного танца.

Григорий с помощью Гоши снова начал было медленно осматривать помещение, как вдруг заприметил какое-то странное шевеление в полутора метрах от конца драконьей морды.

С одной из потолочных балок свешивалось нечто непонятное. Оно почти сливалось с окружающей полутьмой. И подозрительно походило на тонкую длинную змею с большой, странной формы, головой. Её тёмное туловище чуть покачивалось на сквозняке, а две пары маленьких светящихся глазок сверлили всадника и дракона, будто четыре крошечных бура странного белёсо-голубого цвета. Уродливую змеиную башку покрывали остатки ещё не до конца содранной мёртвой кожи от недавней линьки, придавая ей вид загадочного цветка, похожего на те, что распускаются лунными ночами в туманных дебрях горных лесов.

Несколько секунд они играли в гляделки, пока змея не решила убраться куда подальше. Но секунды всё тянулись, а извивавшееся по потолку змеиное тело всё не кончалось. Более того, Григорий заметил спине змеи ещё одну голову, а потом ещё и ещё. Некоторые головы наблюдали за обстановкой, украдкой поглядывая на обалдевших зрителей внизу, другие смотрели строго по направлению движения, но хуже всего было другое — некоторые из голов больше напоминали цветы, другие смахивали на драконьи морды, третьи отдалённо напоминали человеческие лица, но некоторые головы выглядели.

.. просто неправильно.

Григорий отвёл взгляд на несколько секунд, а потом снова посмотрел наверх (эх, ведь не зря отец говорил, что внимательно проверять надо все направления).