Рысюхин, это можно пить?!

Мы, Рысюхины, ещё с тех пор, как мой папа был моего нынешнего возраста, хотели увеличить арендную территорию, трактир требовал расширения – правда, у меня были несколько другие планы по использованию этой площади. И Шипуновы были не то, что против, скорее – наоборот. Если у трактира не ехать прямо, к Алёшкино, а свернуть направо, в сторону провиантских складов (и нескольких деревень по дороге к ним), то примерно в ста пятидесяти метрах от нашего забора начиналась болотина. Это такой низкий, заболоченный участок, заросший мусорным кустарником и отдельными деревьями того же качества, преимущественно – ольха, да немного осины и пара-тройка чахоточных берёз.

Так вот, мы хотели прирезать себе метров пятьдесят-семьдесят, а барон, утверждая, что оставшийся клин будет трудно и неудобно обрабатывать и предлагал взять кусок до самой болотины, а потом ещё и в сторону алёшкинской дороги границу под другим углом провести. В таком случае площадь участка получалась, в разных вариантах, либо почти полтора, либо вообще два гектара. И куда нам столько?!

Правда, я, от безысходности, набросал вариант освоения участка в сто тридцать пять соток, включающий двор для ночёвки караванов, подобно тому, который видел в Глухой Селибе. Со временем он превратится в стоянку для грузовиков – а вот гараж с оборудованием, включая смотровую яму и подъёмный кран, построить надо будет сразу. А если взять ещё и болотину, расчистить её, превратив в пруд с укреплённым берегом – то можно будет ещё и зону отдыха организовать или летнее кафе – с видом на этот самый пруд.

Вот только – деньги, время, люди. И уж точно не под пятилетнюю аренду!

В общем, о чём поговорить с бароном помимо погоды и видов на урожай или, упасите боги, направлений в моде – найдётся.

Встречали нас всей семьёй и тоже на крыльце. Правда, крыльцо было совсем другое: из бутового камня здесь построили не только цокольный этаж, но и весь первый, над которым возвышалось ещё два этажа из красного кирпича, а само здание в плане походило на букву «П» с декоративными – а, может, и не только – башенками по углам.

Первый этаж, как и полуподвал, был полностью отдан под хозяйственные нужды, от складов до кухни и от прачечной до помещения для варки сидра. Семья барона жила на втором этаже, комнаты слуг и гостевые спальни располагались на третьем, но, разумеется, в разных частях дома.