Железные Рыцари: Ультимативная Угроза

Не обязательно боевым — да и в твоём случае это будет бессмысленной тратой умений и навыков члена Рода. Но Инвиктус не должен покинуть Род, а на данный момент Ульверов в пилоты просто нет.

— Это... не знаю, вроде недолго?

— Около месяца в Академии Пилотирования Субсектора, если не учиться а только сесть в родовой Инвиктус.

— И ты... У меня есть пара минут на размышление, князь Безмолвный?

— Есть, — не стал вредничать я.

— Согласна, — решительно ответила она через минуту. — Хоть пойму, что они в тебе нашли, — пробормотала она себе под нос.

— Как будто ты не видела, княжна, — не без ехидства озвучила Мари, этим самым «принимая» для себя в близкие.

Катька покраснела, но промолчала. И была утащена троицей — шушукаться.

— Сложно всё у человеков, — задумчиво произнесла Серина, внимательно и с интересом наблюдавшая за всей вот этой мелодрамой.

— А ты не человек что ли? — хмыкнул я.

— Традиционно питты самопозиционируют себя как отделившийся вид. Но это не вполне верно методологически, особенно учитывая то, что пиитами становятся люди, — признала она.

— Но всё равно — какие-то совершенно непонятные социальные движения, реакции. Не все, но очень многие. Я их и в голофильмах видела, но не очень понимаю — зачем?

— Секс, выгода, сопереживание и эмпатия. Много причин Серина, тут тебе надо не меня слушать — я сам не слишком эмоционален. А читать соответствующую литературу. У вас, у пиитов, не было?

— Базы данных по психологии и психофизиологии человеков — прерогатива наставников, — пожала она плечами.

— Ну значит, познакомишься. Не знал, что у вас цензура, — хмыкнул я.

— Не «цензура», а «рациональное распределение информационных ресурсов»... Можно сказать, и цензура, — признала она.

В общем, перелёт до Ульвеюла я провёл без общества супруг. Которые бросили бедного меня и носились с Катькой, как с прынцессой какой-то! Ну вообще, как я понял, налаживали отношения и общались, что не лишнее, конечно. Но могли и навестить и вообще!

С другой стороны время прошло не зря, позанимался с Эмиком в ИР, в плане освоения «новой и охренительной цацки», которую Его Щедрость подкинула каждому Инвиктусу группы.

У Эмика это была «Голова Горгоны» или Эгида — и так, и так выходило, инструмент-перевёртыш.

Щит, что казалось бы глупость для щитового Инвиктуса, но не вполне. В рамках полусферы этот щит концентрировал и поддерживал, до полутора часов автономно, то поле, на которое настраивались эмиттеры Эмика.