Навь. Книга 4

Он о вашем приезде предупрежден и соответственно поможет в подготовке экспедиции на месте – транспорт, оружие, и специализированное снаряжение, которого не может быть у мирных студентов-практикантов, проходящих через таможню. Запомните – вы играете в открытую под глубокой легендой, поэтому ведите себя соответственно, как вели бы себя настоящие студенты. Все понятно?

- Да, - кивнул я. – Что по снаряжению?

- А что по снаряжению? Стандартное оборудование археологической партии и бытовая – подчеркиваю, бытовая – техника, смартфоны, фотоаппараты, навигаторы и прочий технологический мусор.

Ничего необычного при вас быть не должно. Все остальное получите на месте, в разумных пределах, конечно, и в том количестве, которое необходимо. Посольство не универмаг и не автосалон.

- А поисковые артефакты? – кивнул я на Гостевида.

- На нем, - Козьма посмотрел на него, и ведун вытащил из-за пазухи висевший на шнурке амулет из переплетенных железных рун. – А дальше наши заповеди ты знаешь – не оружие делает воина воином, он сам оружие.

Так что ничего запрещенного на таможне при осмотре неспециалистом не будет. Тем более, каких только безделушек и амулетов не носят студенты ваших специальностей, каждый со своей верой. Поэтому все стандартное, то, что принесете снаружи в ваш отгул – все ко мне и объяснять, что и зачем берете лишнего.

- Все ясно, - я поднялся из-за стола, поняв, что последний брифинг закончен. Да и что тут можно сказать? Неделя усиленной сумбурной подготовки закончена, этот недобрифинг был просто вишенкой на торте.

Теперь сутки отгула, и послезавтра с ранья мы вылетаем на место. Надо использовать это время с пользой. По крайней мере, хоть отдохнуть немного, что-то я вымотался.

Отходную я давал в узком кругу – Лизок и Ян с Сашенькой, только четверо. Для всех них я уезжал на дополнительную подготовку по выживанию на нашу горнострелковую базу в Крыму, где мне предстояло провести месяц.

- А как же твое поступление? – удивился Ян, когда я ему позвонил и пригласил на отходную.

- Да нормально. Ты же знаешь папу – сказал, как отрезал. Зато курс молодого бойца не надо будет проходить, зачтут.

- Два месяца? – он немного задумался. – Не много?

- Ну, если папа сказал – он сделал, - вздохнул я.

- Ладно, приеду – поговорим.

- Ага.

Неприятно, конечно, врать друзьям, но что поделаешь, издержки профессии. Иногда и родным врать приходится. Зато пусть будут твердо уверены, что я там, где и должен быть.