Лаймаргия 9: Эра сумрака

Но вот что будет после? А после, даже если нам удастся сорвать прорыв, Доктус выместит всю злость на тех, кто посмел мешать его грандиозным планам. И тогда ни один человек не сможет уйти от его гнева. Что же делать? Ответ прост: заниматься не прорывом, а конкретно убийством.

В случае прямого покушения на его жизнь, он попытается уклониться и тем самым прервёт заклятие, но что, если бить не по голове, а, скажем, по туловищу? Даже если он попытается, то на всей доступной ему скорости у него не выйдет уйти в сторону.

Получается, он и не станет этого делать. По крайней мере, это единственное, что я мог предложить себе в сложившейся ситуации, когда мысли текли медленней самой тормознутой улитки.

Слова активации, и в защиту самого главного зла всего нашего мира бьёт непрерывный поток света. Он замечает это, но только тогда, когда плёнка, защищающая его, превращается в осколки и уже срамиться к телу. Всё бы ничего, но на пути встречается ещё одна защита, которую свет преодолевает с такой же лёгкостью, за ней ещё одна, и вот я вижу, что Доктус улыбается.

Это мне не показалось, ведь улыбка не слазит с его лица. Оскал победителя. Тут же понимаю я и прекращаю все свои потуги по попыткам нанести урон и принимаюсь за поглощение, сразу же следом кастуя заклятие огня и земли. Метеор.

Раньше я испытывал его на болотах, но только как формацию третьего уровня. Здесь же полноценный четвёртый, плюс ко всему, если мне удастся вытащить из императора хотя бы часть энергии, это сможет его убить.

Над моей головой появляется словно из неоткуда пылающий камень и устремляется в одинокую фигуру, на фоне которой открывается чёрная, поглощающая весь свет арка.

— Мы не успели. – Шепчу под нос я и, бросив своих товарищей, устремляюсь к Доку, чтобы ввязаться в неравный бой.

Лику, Зуга, Манкана и Рыха подхватывают мои клоны. Они все, больше ничего не смогут сделать этому монстру в обличии своеобразного человека. Да что там, даже я, тот, кто готовился целый год.

Тренировался, страдал, не спал неделями, мало что смогу противопоставить этому противнику, даже завладев его иглой, в которой явилась смерть злодея.

«Рога? Магия? К чёрту! Рукопашный бой, и пусть меня ведёт чуйка, ведь больше ничего я не смогу противопоставить этому чудищу». – С этими мыслями я закручиваю все щупальца ауры и бью Доктуса. Буквально в нескольких сантиметрах от него я встречаю сопротивление, которое не могу преодолеть.