По дороге в легенду: Начало

Уклонившись от одного удара справа, от второго прикрылся левой рукой, защищая голову. Резкая боль пронзила руку, но я успел сблизиться с нападавшими. Несколько быстрых ударов в бок, почти не целясь, и мысленно скороговоркой тараторю ритуальную фразу подношения богине. Отскакиваю застывшему мужчине за спину — и вовремя! Мимо пролетает удар дубинки.

Бросив быстрый взгляд на спину Сата, замечаю, что у его ног валяется ещё один мужчина. Избежав очередного взмаха дубиной, решаю уклоняться, пока он не справится с главарём и не поможет с моим противником.

Мой оппонент яростно заревел и бросился на меня. С трудом уворачиваюсь от шквала ударов, банально отпрыгивая каждый раз назад.

Неожиданно раздался глухой звук удара, и бандит безвольной куклой повалился на землю. За его спиной стоял тяжело дышащий егерь.

— Цел? — спросил он.

— Почти, левую руку зашибли, но, кажется, не сломали. — устало опускаюсь на землю. — А ты сам цел?

— Бывало и хуже! — отмахнулся Сат. — Дай осмотрю руку!

Не став возражать, закатал рукав рубахи.

На предплечье остался отчетливый след от удара — красно-синий синяк. Он бесцеремонно ощупал место ушиба, и я, сжав зубы, молча поморщился от боли.

— Кость цела. — заключил егерь.

— Это хорошо. — На меня начала накатывать усталость. Но, собравшись, стал вспоминать заклинание исцеления: — Эмит-ка нор. — Четко выговаривая каждое слово и делая пасы рукой, я сотворил «Заживление ран». Руку окутало легкое белое свечение, стало прохладнее, боль постепенно отступала, а место ушиба налилось синевой, затем желтизной, а после синяк совсем исчез.

— Так ты, значит, из благородных. — раздался голос Сата.

— С чего ты решил?

— С того, что среди простого люда почти нет носителей магического дара. А у кого есть, те поодиночке не путешествуют…

— Благородные тоже одни не путешествуют! — прервал я его, и егерь нахмурился. — Но ты прав, я барон, хоть и бедный.

— Идешь к барону Олгану, значит. Думаешь, решить свои трудности за счёт старика.

— И что с того?!

— Да ничего, ты не первый такой будешь и не ты последний, — после чего Сат отвернулся и пошел осматривать тела и собирать их снаряжение, я же уселся на телегу, прошедшее сражение не длилось и минуты, но неожиданно сильно меня вымотало.

— О, один живой! — воскликнул Сат, внимательно осматривая одно из тел. Он вернулся к повозке и, взяв веревку, связал выжившего. Пленник издал слабый стон, когда егерь закинул его в телегу. В этот момент меня охватил озноб.