Вербомант

Хотя провернуть восстановление, которое обычно занимает месяцы, за час — неплохо. Концентрация и Владение разумом возросли сразу до 7 от таких трюков, а общий уровень по гамаюну до 10.

В это время я думал, что делать с телами. В итоге уложил их в овраге, чуть не потратив остатки сил на перетаскивание, после чего уничтожил змея.

***

Тела нашли быстро. Будь это внезапное убийство, эффект был бы еще громче, чем он получился, но сплетни успели разойтись до того, как граф взял все в свои руки. Из-за разнообразных повреждений сошлись на том, что первоначальный заказчик кражи чего-то «невероятно ценного» решил подчистить следы, и действовала либо группа магов, либо парочка опытных, в чем опять начали искать угрозу и символизм.

Как и в прошлый раз, всех собрали на площади, но ничего не добились. Бабка лишь кричала о том, что внуки пошли поглядеть на какого-то воздушного змея, но это не то, чтобы особо редкое развлечение для деревенских ребят. Николай, сын графа, зачем-то снова приехал и нервничал даже больше отца, однако смысла в проверке деревенских уже не было.

Все слишком слабы, чтобы устроить такое, а свидетели — мертвы.

Однако когда все завершилось, а мы вернулись домой, отец позвал меня к себе. Мирослава уже ушла спать, сестра тоже, поэтому тайный поздний разговор был не для лишних ушей.

— Пётр.

— Да?

— Это ведь ты сделал.

Молчание. Иван внимательно смотрел на меня, я хлопал ресницами.

— Что сделал?

— Ты сам знаешь. Змей, Пётр. У этих, прости их души грешные, руки под хер заточены, какой им змей!

— Украли чей-то?

Иван вздохнул.

Я покачал головой. Ясно, так я и раньше был под подозрением. Пора поговорить.

— И чего ты хочешь добиться этим? — с вызовом спросил я, смотря отцу в глаза. Тот немного помолчал, затем отвел взгляд.

— Так нельзя. Я, может, и дурак, но я помню, что ты сделал с Маринкой. Спас ее так, как никто б не смог. Одному Императору или даже черту лысому известно, что с тобой, — отец перешел на шепот. — Но нельзя же вот так... Людей.

— Я все равно скоро ухожу.

Подай заявку в липецкую вечернюю школу, мол, я тебе помогаю работать днем, а вечером учусь. И вам будет спокойнее, и мне.

Похоже, что отец такого расклада не ожидал, но кивнул. Если он действительно поверил, что я убил четверых, то может опасаться, но о сестре я ведь заботился? Представляю, какие его терзают душевные муки. Однако и мне больше нет особого смысла торчать здесь, поскольку я заполучил вербинит и хочу увидеть этот мир.

— А еще мне нужна кузница.