Вербомант

Для апгрейда «оборудования» нужен чистый активированный вербинит, причем желательно под конкретные нужды его переделать, а для скорости передачи — разобраться, что с Источником. На текущий момент поток энергии был для меня даже избыточным, но он явно отличался от того, что был в прошлом мире.

Это все планы на весьма далекое будущее, сейчас я все равно был сильнее себя прошлогоднего в десятки раз, поэтому проблемы стоит решить, конечно, но они не настолько критичны, как сам поиск статуэтки.

Мирослава восприняла новость о моем отъезде без огорчения, Иван ей сказал почти сразу.

А Маринке сообщил уже я сам. Сестра за это время чуть серьезнее взялась за учебу, поскольку ей уже тоже скоро нужно будет поступить в магическую школу. Ее таланты были неплохи, и все надеялись, что этого хватит, но рисование ей все же нравилось куда больше. Для ее малых лет получалось очень даже, и я не сомневался, что если она не бросит, то добьется большого успеха еще до поступления в академию.

— Так ты уезжаешь, Петя? — девочка замерла, неотрывно смотря на меня.

Ее голубые пряди переходили в длинную челку, которая частично скрывала глаза. Девчонку устраивало, словно она могла глядеть на остальных из «укрытия», а при желании достаточно легко спрятать глаза.

Это было на Новый год. Зима выдалась прохладной, поэтому мы сидели дома, под одеялами. Вокруг сестры валялись изрисованные листы бумаги со скетчами, и девочка рассматривала один из них, ожидая ответа.

— Да.

— Поняла. Хм, — Марина нервно облизнула губы.

— Ты скоро тоже уедешь. Поэтому мы бы попрощались при любом раскладе.

Вздохнув, Маринка принялась что-то рисовать. Получилась забавная лягушка в цилиндре и с тростью. Хотя милее выглядела сама сестрица — когда рисунок удавался, она буквально светилась счастьем, тогда как в остальное время выглядела замкнутой в себе и неразговорчивой. Мирославу это наверняка раздражало, поскольку судьбу-то для Маринки желали вполне определенную, чтобы выскочила замуж удачно — и все на этом.

А за мало-мальски востребованных парней надо сражаться с конкурентками, и матушка явно не представляла дочь в такой роли. Впрочем, она дочь вообще толком не знала.

— Отец сказал, что ты меня спас, — еле слышно прошептала девочка, чем меня немало удивила. — Мне кажется, что я даже помню...

Я не был уверен в ее воспоминаниях, все-таки Маринка тогда была совсем крохой, но сестра была той еще фантазеркой, могла и представить во всех красках после слов Ивана.