128 гигабайт Гения

Мне не удастся защитить тех, кто мне дорог, и поэтому я вынужден молчать и находиться в стороне. Но этим высказыванием я противоречу сам себе, ведь прямо сейчас я в шаге от того, чтобы стать с Сабриной ещё ближе. Неужели, я подсознательно хочу исправить свою ошибку и доказать себе, что я могу кому-то помочь? Нет, не думай об этом...

Монолог Сабрины

— Сколько себя помню, я всегда была идеальным ребенком. В детстве папа часто говорил мне, что о лучшей дочери он не мог и мечтать. Впрочем, мама никогда не соглашалась с ним, но в то же время нехотя признавала, что, хоть я и не достигла её высот, всё же являюсь весьма способной.

Мне было приятно слышать это от неё, но уже тогда я понемногу начинала осознавать, что мне дышат в спину многочисленные родственники.

Мама всегда просила меня выкладываться больше, и поэтому я усердно трудилась. Посещала все дополнительные занятия, включая вышивание, танцы и пение, и выступала на всех соревнованиях, где требовалась сила. Со временем родители стали считать меня почти идеальной.

Мне это льстило. Поступая в начальную школу, я уже знала, что отличаюсь от других прилежанием и способностью послушно исполнять волю других. Это помогло мне добиться статуса лучшей в своём классе.

На момент окончания младшей школы мне было 11 лет. В среднюю школу я поступала с твёрдым убеждением, что в этот раз я займу первое место и обрадую родителей. Особенно я надеялась, что мама, всегда считающая мои успехи лишь тенью своих, наконец признает, что я лучше... Но всё пошло прахом в первый же день, когда меня распределили в известный класс бывших хулиганов.

И хоть и мальчики отнеслись ко мне более чем благосклонно, девочки почему-то сразу же меня невзлюбили.

Поначалу травля не приобретала какой-либо формы: всё начиналось с «дружеских» подколов, попыток подставить подножку или измазать юбку мелом. Пожалуй, я была слишком беспечной и не обращала на это должного внимания, хотя следовало бы, и занималась своим главным делом — достижением первых мест.

И я ошиблась. В один день я открыла свой шкафчик и увидела, что он весь в апельсиновом соке. Это привело меня в ярость. Я попыталась найти того, кто это сделал, но у меня ничего не вышло.

Это был лишь первый звонок. Со временем случаи подобного участились. К концу первого полугодия всё переросло в открытый конфликт с женской половиной класса. Конечно, я всегда давала им отпор, но сделать что-то такое, что наконец отвадило бы их, не представлялось мне возможным.