128 гигабайт Гения

С сегодняшнего дня мне придётся отложить их, потому что родители не будут давать мне денег на бензин с глупой отговоркой: нет работы, незачем и кататься. Пожалуй, я понимаю, что в чём-то они правы.

Но это не все мои проблемы. Со дня на день меня выселят из квартиры. Туда заедет моя двоюродная сестра из какой-то неизвестной деревни, с отличием окончившая программу школьного образования. Мне придётся искать, где бы снять квартиру, потому что к родителям я больше не вернусь. Они ни во что не ставят мои старания и тыкают во всяких Коль, Вась и Петь, у которых уже есть дом, семья, ипотека и даже собака.

Только у меня ничего нет. Значит, и квартира мне не нужна.

Я сижу в баре, распиваю водку с томатным соком и мне хорошо, хотя бы от осознания, что теперь мне не нужно переживать из-за страха признаться: любовь последних трёх лет отшила меня как нечего делать и назвала «хорошим парнем». Меня — самого атлетичного и красивого мужика на этаже, обозвала таким выражением.

Но я понимаю, почему так всё обернулось.

К сожалению, 26 лет — это тот возраст, когда девушки перестают думать сердцем и больше не любят парней в мятых брюках за 2300 по скидке. Я не винил её, хотя в глубине души мне и было очень больно: она отшила меня моментально, без права на сходить в кино и поесть в бургер Кинге, и это очень нервировало.

Говоря о работе, стоит упомянуть, что досталась она мне с трудом и, по большому счёту, пристроил меня туда отец. Я получал свои гордые шестьдесят пять тысяч как менеджер среднего звена и весь день пялился в компьютер.

На встрече выпускников все обсуждали, как же хорошо они отдохнули в Египте или же как весело кататься на бананах в Турции, а я просто согласно кивал, забывая сказать, что мои плавки не видели моря уже пять лет и что больше я в них не влезаю. Такая вот история. Не считаю её грустной — я самый крутой безработный в округе.

К барной стойке подсели девушки. Их загорелая кожа явно говорила о том, что они часто ездят отдыхать. Такой цвет не спутаешь с солярием: я знаю, как выглядит человек, регулярно посещающий солярий — вот он, в зеркало смотрит.

И лыбится ещё. Урод. Но красивый... По крайней мере, был.

— Девушки, могу я угостить вас коктейлем?

— Дядя, отвали. — сексуальная блондинка показала мне средний палец и заказала бармену, такому же щеглу, как и она, текилы.

В своих ухаживаниях я никогда не сдавался с первого раза, и поэтому, не обращая на прозвучавшую колкость никакого внимания, продолжил разговор.