Главный пульт управления

Гражданка Оскольцева Ираида Михайловна являлась одним из лучших осведомителей майора Мимикьянова в поселке Машиностроительного завода имени Бачурина. Информацию, она всегда давала качественную, не хуже чем опытный оперативник: что за командировочный прибыл на завод, с какой целью, где и с кем ночует, и какое производит общее впечатление. А точная первичная информация для контрразведчика – все равно, что прочный фундамент для дома.

Пятнадцать лет Ираида Михайловна проработала конструктором в СКБ «Экран». После его закрытия, несколько лет трудилась в отделе Главного конструктора на заводе.

А, когда и там произошло резкое сокращение, поступила работать администратором в заводскую гостиницу «Машиностроитель».

Майор сел в кресло, а Оскольцева захлопотала с чайными принадлежностями.

– У меня облепиховое варенье есть! Вку-у-усное! Хотите попробовать, Ефим Алексеевич? – спросила администраторша.

– Отчего не попробовать? – согласился майор.

Хозяйка поставила на столик вазочку с оранжевым вареньем, щелкнула кнопкой пластмассового электрического чайника и опустилась на диван.

Пружины под ее телом деликатно скрипнули. Женщина взглянула на гостя и мягким движением поправила на груди невесомую пуховую шаль.

– Я вот что хотел спросить у вас, Ираида Михайловна… – отодвинул в сторону приятные мысли и приступил к работе Ефим. – Говорят, у вас тут человек пропал?

– Пропал, – кивнула Сова.

Вскипевший чайник громко щелкнул, выключаясь.

Женщина начала разливать чай.

– Ну, и что можете сказать? Доложите! – строгим голосом произнес майор.

Он знал: подобный тон на бывшую конструкторшу, двадцать лет проработавшую на закрытых производствах, действовал, как кнопка «запуск» на танковый дизель.

– В пятницу, на 12–00, у Чапеля Юрия Федоровича закончилась оплата номера, – начала четко докладывать администраторша. – Вещи – в номере, а самого – нет. Сутки прошли – нет.

– Ясно. Ваши действия? – спросил майор.

– Набираю приемную директора: так, мол и так, не знаете, куда ваш командировочный подевался? Они отвечают: не знаем ничего.

Только трубку положила, межгород заливается. Москва. Чапеля спрашивают. Прямо кричат на меня, почему его мобильник молчит? Почему, да почему? Я им отвечаю: а, я-то откуда знаю? Он вообще в гостинице больше суток не появлялся. Они мне: так, что же вы мер не принимаете? Я – им: а то, я без вас не знаю, что мне делать! И тут же на завод Ренату Николаевичу позвонила, он в милицию сообщил, и сам сюда приехал.