Младший наследник

Мало того, что старший брат через зеркало зыркает, будто сожрать меня хочет, так ещё и пробки. Никогда в нашем королевстве не было таких сборищ на дорогах. У местных что, на каждого по машине?

А меня ещё и начало укачивать. В грузовике я думал, что всё из-за странного яда, который мне вкололи. Как сказала Мария, «укололи какой-то наркотой, и лежишь, как мешок с песком, который пинают туда-сюда». Затем, в машине полицейских, я о сих пор отходил, да и не до смутного ощущения тошноты было. А теперь вот я понял, что дело в моём теле.

Какая тут спокойная жизнь? Мало того, что тело Сабуро абсолютно ужасно по всем параметрам, так ещё и не может потерпеть одну маленькую поездку без этого гадкого ощущения!

Наконец мы добрались до дома Кикучи, и водитель высадил нас у ворот. Одинокая служанка стояла в дверях — она приняла пальто Сейичи и сообщила, что Кирилл Вяземский ждёт в гостиной, а глава семьи вот-вот приедет.

Ну слава богу — я уж было подумал, никогда его не увижу.

Я раздражённо вздохнул. И всё же, мне нужно "спасать семью", чтобы меня не придушил какой-то ошейник, и без безвременной кончины отца этого никак не добиться. Судя по детскому воспоминанию, Кикучи Орочи та ещё свинья, и у меня нет причин думать, что за несколько лет он сильно изменился.

Стоя в прихожей, Сейичи повернулся ко мне и попытался совершить классический манёвр — "плюнь в лицо, чтобы показать, что тут главный самец". Я, правда, в такие игрушки играть не собираюсь — я метнулся влево и спросил:

— Ты что, верблюд? И точно, такой же горбатый. Хочешь сходить к врачу, старший братик?

Поморщившись, Сейичи ответил:

— Вот оно как. Да ты головой ударился и окончательно с катушек слетел. Так и знал, что тебе одна дорога — в психушку.

— А из нас двоих только я веду себя неадекватно? Хватит пытаться меня задеть — лучше иди, выслужись перед гостем — думаю, у него достаточно ресурсов, чтобы раздавить тебя одним пальцем.

У него лишком смешное лицо, когда я его раздражаю. Я мило улыбнулся — знаю же, тело Сабуро так может. Сейичи дёрнул плечом и рявкнул:

— Сейчас ты идёшь со мной и молчишь в тряпочку. Покажу твою рожу Вяземскому, а потом под замок — нечего тебе делать на свободе.