Игра миров: Метаморфоз

Ненависть — неистовая, всепоглощающая ненависть, направленная на всё живое в этом мире.

Эта ненависть не просто бурлила в нём; она пульсировала в каждом движении и взгляде. Всё его существо казалось пропитанным ею. Ненависть к людям, которых он не мог вспомнить, но которые, казалось, были виновны в его страданиях и забвении. Это чувство стало его единственной истиной.

Он двигался по полю битвы, его шаги почти не слышны среди хаоса, который казался замедленным. Вокруг беспорядочно сражались измученные воины, их тела изранены, силы исчерпаны, но они продолжали борьбу.

Каждый взмах меча был бессмысленным, глаза пусты, как будто они потеряли волю и сознание.

Однако, присмотревшись внимательнее, он заметил едва различимые нити, тянущиеся от каждого воина. На первый взгляд, они напоминали паутины, соединяющие людей с чем-то за пределами видимого мира. Глубже присмотревшись, он увидел, что все нити сходятся в одной точке.

Его взгляд привлекла фигура на горизонте. От неё исходила мрачная, но неотвратимая сила.

Следуя за нитями, он почувствовал странное дежавю — ощущение, будто он уже переживал нечто подобное. Мысли снова сосредоточились на фигуре.

Эльф. Тот, кто управлял этой бойней на расстоянии. Это было не просто командование — эльф явно подчинял всех своей воле, заставляя их продолжать бессмысленное сражение. В его груди вспыхнула знакомая горечь, почти ненависть. Эти эмоции наполнили его, вызывая любопытство. Что двигало этим существом? Почему эти чувства казались ему такими родными?

По мере приближения к эльфу, тревожные ощущения становились всё более интенсивными.

Он не понимал, враг ли перед ним или союзник, но некая мощная, но неясная воля объединяла их.

Прежде чем встретиться с эльфом, его охватило странное желание помочь. Это не было осознанным решением; это было как будто чья-то воля, тонкая и невидимая, направляла его движения, вынуждая обратить внимание на битву. Возможно, это чувство исходило из самой глубины его сущности, как тьма, управлявшая его ненавистью, вдруг ослабила хватку.

Он двигался вдоль невидимых нитей, связывающих воинов с далёкой фигурой эльфа. Вместо того чтобы подчиняться этим нитям, он решился сделать шаг вперёд и проник в каждую из них, словно становясь их частью. Сначала это было лишь легкое прикосновение, но чем глубже он погружался, тем сильнее ощущал связь с каждым воином.

Он не знал, как это происходит, но с каждым шагом его тело начинало излучать мягкий, холодный свет, распространяющийся вдоль нитей.