Рыцарь, и его проблемы

Славка нос задрал, как будто это его заслуга. Дед твой вот, что-то замкнулся по виду рад, но…

— Что "но", Дядь Игорь…

— Боится он чего-то, сильно боится. А самое хреновое — не помнит, чего боится. От того и психует. А если дело касается дворян, то у него совсем резьбу срывает!

— Блин, что делать-то? Неужто все так плохо.

— Пока да, все плохо. А вот в академии на тебя никто не сможет надавить. Традиция такая, говорят, есть. Это, однако, не значит, что давить не будут, но все ж меньше.

— Точно?

— А фиг его знает, нас обычно туда не пускают, так за что купил за то, продал.

— Так что делать-то?

— То что у тебя всегда хорошо получалось. Ныкаться. Это пока. А нам подумать нужно будет. Вот высажу сейчас тебя в лесу, так сразу ты ныкаться и пойдешь.

— И это, прости нас, если сможешь, — как то-погрустнел Рюмин, — не можем мы тебе особо помочь, если только советом.

И действительно, как только мы въехали в лес, машина тут же остановилась, так чтоб с дороги нас не особо было видно.

— Ну что будем прощаться?

— А зачем? Я вас все равно найду способ как навестить.

Да и через Хохла связь держать можно.

— Ну тогда до свидания сынок, — внезапно расчувствовался Рюмин. - До скорой, надеюсь, встречи. Однако провожать тебя не буду. Нельзя мне знать куда ты пошел. На всякий пожарный.

Глава 4.

Слушая такие откровения от довольно пожилого человека, невольно начинаешь оглядываться по сторонам и думать, а нафига все это. Но сделанного не воротишь. “Я маг”. Нет не так – “Я СТАЛ МАГОМ” – хотелось кричать мне во все горло.

С трудом сдерживая такие порывы, я постепенно удалялся в чащу леса.

Пускай меня высадили не совсем там, где я обычно прятался, но места-то знакомые, так что заныкаться я смогу. Да и искать здесь меня никто не будет.

Вечерний лес в спокойно завершал свои дневные дела. Та малая часть животных, которых не страшила близость к человеческому жилью, спокойно укладывались спать. Сон их был чуток. Ведь в любой момент нужно срываться от угроз. Осторожно, чтобы не спугнуть таких трусишек, по низкому подлеску бежала необычная ласка.

Несмотря на самое начало июня, шерсть ее отдавала белизной до такой степени, что посади ее на белый лист и найдешь только по бусинкам черных глаз, розовому носу и рту. Несмотря на свои небольшие размеры, ласка была грозным хищником, но в данный момент мало что интересовало грозного зверька. Она спокойно трусила куда-то вперед по известному только ей адресу.

Неспешный бег зверька внезапно прекратился.