Манулов, прекрати!

Все стены были увешаны оружием, а стеллажи под ними были битком набиты простыми ножами, патронами, стрелами и другими расходными материалами. Несколько открытых шкафов возле двери были заполнены простой, но даже на вид крепкой одеждой, на манер той, что я видел на охотниках, когда спускался по лестнице.

- Чем я могу вам помочь? – я чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда за моей спиной раздался спокойный, тихий мужской голос. Шагов я не слышал, поэтому аккуратно повернулся в сторону голоса, рефлекторно пытаясь схватиться за кинжал, который всегда висел у меня на поясе в прошлой жизни.

Рука схватила пустоту, поэтому мысленно выругавшись и вспомнив, что из оружия у меня с собой нет даже палки, я посмотрел на мужчину, который выжидательно на меня уставился.

Он был одет в строгий черный костюм, ворот белой идеально выглаженной рубашки выглядывал из-под пиджака, а из нагрудного кармана с изображением какого-то грызуна, выглядывал угол белоснежного платка. Мужчина был средних лет, с едва проглядывавшимися прядями седых волос, но вот спокойный взгляд серых глаз, направленный на меня, подходил скорее столетнему старцу.

На его пальце я заметил перстень, подобный тому, что украшал мою руку, но изображение на нем разглядеть так и не смог, как бы не старался.

- С кем имею честь разговаривать? – осторожно спросил я, не делая никаких резких движений.

- Я - Сергей Вениаминович Хомяков, представляю побочную ветвь главного рода Хомяковых и являюсь смотрителем гостиницы и отчасти оружейником.

Вас я вижу здесь впервые, - он, прищурившись, буквально по сантиметру осматривал меня, заострив свое внимание на руке с перстнем, после чего удовлетворенно кивнул и даже, на первый взгляд, немного расслабился.

- Константин Манулов, - все же решил я представиться. – Да, вы правильно отметили, я здесь нахожусь впервые, поэтому не знаю правил посещения этого места. Случайно услышал от своего спутника об этом месте, поэтому решил сюда наведаться в поисках своей пропавшей вещи, - уклончиво ответил я, отмечая, что как только начал разговаривать, то существо перестало плакать и теперь в моей голове, впервые за это время, воцарилась тишина.

- Манулов? – удивился он. – Неужели Станислав Игоревич, наконец, нашел себе преемника?

- Однофамилец, - буркнул я.

- У Манула нет однофамильцев. Мануловы, последние три сотни лет – это странствующие одиночки. Если вы не знаете Станислава, то смею предположить, что он скончался. Жаль, он был хорошим охотником.