Дан - Футболист. Новые вершины

И идем по Арбату, обнявшись, счастливые до невозможности простым нахождением рядом. Высшая форма счастья между прочим.

А Арбат, в этот воскресный августовский вечер, цветет и пахнет. Художники пишут картины и тут же продают, самодеятельные музыканты играют что-то свое и не только свое. А вон, сбоку, у тротуара примостились поэты, читают стихи. Мы притормаживаем на мгновение, но потом идем дальше.

Арбатская улочка, как всегда, заполнена молодежью, да и не только молодежью. Просто здесь все молоды, несмотря на возраст.

И люди просто гуляют, они просто счастливы, им просто хорошо вместе, друг с другом и с Арбатом.

И что-то такое витает в воздухе, неуловимое, но такое узнаваемое и родное. Чему нет определения, но каждый его знает. Хотя можно и определить, наверное это воздух свободы и радости.

И от этих ощущений, накатывающих на нас со всех сторон, от нежной руки, сжимающей мою на своем бедре, от прекрасного и такого желанного тела, незаметно, но весьма ощутимо прижимающегося на ходу, становится так хорошо, что я неожиданно останавливаюсь, разворачиваю свою рыжую богиню к себе, обнимаю и целую, ни кого не стесняясь.

И она отвечает, со всей страстью и немыслимой радостью, тоже ни чего и ни кого не стесняясь. А на Арбате это ни кого и не удивляет, тут вообще не принято удивляться и тем более стесняться.

И она вдруг внимательно смотрит на меня, потом снова улыбается каким-то своим потаенным мыслям и говорит:

—Даня, любимый, поедем к тебе, на Первомайскую—

Да, Первомайская, это уже ко мне, я согласен и с поездкой тоже.

Но сперва есть еще одна мысль, пока не реализованная

—Поедем, только немного позже, а сейчас я хочу, чтобы тебя нарисовали — Говорю я с улыбкой

Она удивлена немного, но сразу соглашается. Мы подходим к художникам, выбираем наиболее солидного и просим запечатлеть для истории мою прекрасную девчонку, ну не поворачивается у меня язык назвать ее ни госпожой, ни дамой. Она лучше этих определений.

И художник рисует рыжую Машку, а я пока стою и жду. Все нарисовал. Я расплатился, вручил только изготовленный портрет Машеньке и вдруг слышу от художника:

—Молодой человек, вы берегите свою девушку.

Она прям как Солнышко, чистый Рыжий Огонек. Такие встречаются очень редко, почти ни когда—

Машка млеет от этих слов и смотрит на меня, ожидая мою реакцию

Я задумываюсь и понимаю это знак, да, она и есть второе пришествие в этом мире, того самого Рыжего Огонька, того самого Солнышка и той Судьбы. И я ее ни кому не отдам, никогда и не за что.