Музыкант. СССР-84

—

Она удивленно на меня смотрит, а потом вновь спрашивает:

— Ты что, два месяца, в пионер лагере был?—

И тут уже смеюсь я, отвечаю:

— Ты что, Лина? Где я и где пионеры? У родственников на юге отдыхал. Там вообще куда не пойдешь, везде море и солнце.—

И тут же я делаю вид, что вспоминаю и добавляю:

— И еще ребята, и девчонки, такие девчонки.—

Потом изображаю смущение и пожимаю плечами, как бы говоря:

— А что? Все мы люди. Все мы человеки.—

Она внимательно смотрит на меня, как бы не веря в рядом стоящее Даниил и девчонки, но потом резко меняет тему и спрашивает:

— А ты спортом начал заниматься? Я видела тебя несколько раз, бегущего вокруг нашего квартала.

Я улыбаюсь и отвечаю стихами, внезапно всплывшими у меня у меня в памяти:

******************************************************

А то ведь солнца Огонек

Рванет вперед, а ты лови

А он совсем, совсем не ждет

А ты беги, беги, беги

******************************************************

А потом добавляю:

— Ну так я и тренируюсь, чтобы не упустить свой кусочек Солнца.

Она тут же понимает, на что я намекаю, слегка улыбается и немного задумывается, но тут в разговор врывается записной юморист нашего класса и по совместительству хулиган Егор.

Светловолосы и довольно наглый парнишка, не отличающийся особыми способностями, с умом тоже явные проблемы, но крепкий и уверенный в своем праве доставать тех кто слабее.

И он резко мне бросает, думая, что остроумен:

— Да ладно, Латин. Какие огоньки, скажи лучше, что тренируешься, чтобы не догнали.

Я смотрю ему жестко в глаза и отвечаю:

— Ты бы поосторожнее Егор, Земля круглая, лестницы крутые, можно и слететь ненароком. —

Он слегка шугается, от такого напора и даже немного отшатывается, а я продолжаю давить, произнося очередной экспромт:

— А вообще ты знаешь?—

******************************************************

Кто думал так, уже лежит

Ему совсем уж все равно

А жизнь бежит, бежит, бежит

Но без него, но без него

******************************************************

Потом останавливаюсь и как будто вспоминаю, произнося задумчиво:

— Не, но они встали потом? Или нет? Ну не помню я, с чужих слов все.

И снова смотрю ему прямо в глаза, как будто предупреждая:

— Не надо меня задевать, не стоит. Все плохо может кончиться и, причем не для меня.