Потеряшка

И я отвечаю, по-прежнему проявляя максимум вежливости, на который способен в такой ситуации:

—Очень приятно Роман Рюрик — Потом хотел еще переспросить, а что тут имя, и что фамилия? Но решил не наглеть и обращаться так, как и представился — Я Дан, фамилию не помню—

Он удивлен, но потом что-то соображает и говорит:

—Да, у Вас видимо, на самом деле провалы в памяти. Рюрики, правящая фамилия в империи и Великом Московском княжестве. Кроме нас, других рюриков в империи нет, все остальные потомки Рюрика, носят другие фамилии.

А я двоюродный брат нашего императора и по совместительству Великого Князя Московского, князь Роман Рюрик.—

И замолчал, давая мне время переварить эту важную конечно информацию. Но я ориентируюсь быстро и отвечаю:

—Вы знаете, Роман Рюрик. Меня в детдоме столько раз били по голове, да и в Москве тоже хорошо приложили, что я только недавно начал что-то понимать. Мне бы что-нибудь почитать на эту тему, я бы понял, не дурак вроде. А еще лучше мне бы планшет или смартфон с выходом в интернет, я бы разыскал всю нужную информацию и через пару дней, был бы гораздо лучше готов к разговору с Вами—

Князь Роман немного задумывается и соглашается:

—Хорошо, Дан.

А вы справитесь?—

—Конечно, отвечаю я. Там же все понятно, я видел как ими пользуются, и даже немного играл—

И вспоминаю, лучше бы не вспоминал:

***********************************************************************************************

Нежные пальцы, невзначай касаются моей руки. Красивые губы что-то говорят, объясняя как пользоваться этим чудом техники.

Потом мы сидим, почти обнявшись со смартфоном и лазаем по просторам Интернета, находя интересное и смешное, а иногда и пугающе чувственное, то что сразу будоражит кровь и делаем вил что не заметили, закрываем и лезем дальше. Находя много на самом деле интересного, красивого и смешного.

А рыжие локоны иногда касаются моей щеки, вызываю мимолетную дрожь, и она это замечает и улыбается своими чувственными губами, которые так тянет поцеловать, но я не решаюсь.

Но все рухнуло, я снова стал всего лишь потеряшкой, в лучшем случае полусумасшедшим поэтом. И она ушла, другая компания, парни начали виться вокруг. И кто я и кто они. Выбор был очевиден.

А потом этот смех и взгляд, полный презрения, который окончательно меня добил.

*********************************************************************************************

—Лучше бы не вспоминал — Думаю я, с трудом выкарабкиваясь из накатывающего черными волнами отчаяния.