Государь

Замолчав, Дмитрий коснулся кончиками пальцев еще по-детски нежной скулы младшенького, слегка провел рукой, ощутив пробивающуюся на лице и подбородке мягкую щетинку будущих усов и бороды... Вздохнул, уронил руку вниз и почти неслышно закончил:

— И кто знает, Ваня — возможно, уже твоему наследнику Золотая шапка Великого князя Росского окажется слишком тесной? А вот венец Царства Росского будет в самый раз.

Полыхнув синевой глаз, Иван до скрипа сдавил в кулаке вощеную обложку укладки и сдавленно пообещал:

— Так и будет, брате!!!

Тихо постучавшись, в Кабинет сунулся доверенный служка — но увидев бешеный взор среднего царевича, моментально исчез, оставив толстую створку двери приоткрытой.

— Утишь переливы Узора, пока челядь не побежала менять штаны. Да и Васька, вон, заопасился.

Смущенно и досадливо кашлянув, царевич прикрыл глаза, успокаивая прорвавшиеся наружу эмоции:

— Опять не сдержался...

Придержав створку, в Кабинет сторожко заглянул князь Старицкий: однако увидев спокойно беседующих братьев, тут же приосанился и во весь голос напомнил:

— Пора облачаться, государь!

— Иду, Вася, иду.

Вытянув многострадальную обложку укладки из цепких братниных пальцев, восемнадцатилетний слепец привел ее в порядок и довольно-таки небрежно закинул в распахнутый зев хранилища.

— Твое новое хранилище еще не готово — должны были успеть, да отливку запороли..

— Почти?

— Еще часть бумаг хранится у батюшки, но сначала ты прочтешь и заучишь то, что есть в моем хране.

— А-а!

Мазнув указательным пальцем по наборным дискам с внутренней стороны стальной дверцы, Дмитрий на всякий случай уточнил:

— Цифры ключа запомнил?

— Как Бог свят!

Закрыв хранилище, слепец парой движений сбил верное положение наружных наборных дисков и распрямился.

— Ну что, пошли готовиться?

Однако жажда знаний никак не отпускала среднего из царевичей, так что стоило им выйти из Кабинета, как он немедля послал подвернувшегося служку в свои покои — с распоряжением нести его сегодняшний наряд прямо сюда. Ну а пока бегали за одежкой, Ваня пристроил свои тылы на мягком войлочном полавочнике, и стал наблюдать за кружением доверенных челядинов вокруг старшего брата.