Шумерские ночи. Том 3

- Не окажусь, - заверил маг.

- Своего музыканта можешь с собой не брать, - добавил Тай-Кер. – Там будет много людей с обезьяньими голосами, так что при мне будет человек-попугай. Он знает четыре языка хорошо, и еще пятнадцать – плохо. Шумерский ему неведом, зато яредский – как родной.

На следующий день площадь перед великим храмом бурлила народом. Креол стоял в первых рядах и подле него был Хитагайца, ибо Креол нуждался в том, кто будет переводить все те страшные вещи, что сотворит магистр Гильдии с теми, кто перед ним не расступится.

Маг пристально следил за Тай-Кером, который стоял в центре, покрытый шкурой ягуара и накидкой из птичьих перьев, в ритуальной маске и с ножом в руках. По ним текла кровь – верховный жрец по локоть обмакнул их в жертвенную чашу.

Хитагайца сегодня не пел, но музыки хватало и без него. Праквантеки играли на флейтах и стучали в барабаны, прекрасные девушки и юноши извивались змеями и размахивали огромными опахалами, повсюду были цветы и яркие плоды, пахло свежеиспеченным маисовым хлебом, и будто сами боги веселились в этот день вместе с людьми.

Музыка все усиливалась. Гудели деревянные трубы, звенели черепаховые литавры, громко стонали музыкальные луки. В центре площади вздымал руки Тай-Кер, а младшие жрецы тряслись, подражая ухающим филинам. Вот с большого подноса сдернули покрывало, и под ним оказался свежий хлеб. Тай-Кер лично его разрезал, жрецы схватили по куску и засновали среди праквантеков, раздавая угощение.

Один остановился у Креола и Хитагайцы. Протянул ароматный кусок хлеба и что-то сказал.

Хитагайца радостно улыбнулся и перевел:

- О господин, тебе оказана великая честь, тебя угощают священным хлебом!

- Спасибо, - взял подношение Креол. – М-м… вкусно. Переведи ему, что вкусно. И спроси, когда начнется ритуал.

Хитагайца уже переводил. Жрец слушал его внимательно, а когда музыкант закончил – странно дернул плечами, взял Креола за руку и повел к Тай-Керу.

Там уже собрались семеро юношей и девушек – и не все, кажется, рады были тут находиться.

Одна девушка едва сдерживала рыдания. Тай-Кер же… Тай-Кер поднял маску и в изумлении уставился на Креола. Младший жрец что-то сказал верховному, и тот аж рот разинул в растерянности.

Креол раздраженно взмахнул рукой, подзывая Хитагайцу, но тот отстал и был уже не виден в людском море. Тай-Кер же тоже замахал руками, подзывая своего переводчика, горбатого старца с толстым зеленым кристаллом в глазнице.

- Что ты натворил, брат, зачем?! – через него спросил Тай-Кер.