Княжья воля

Только через час, добившись от истекающих потом, распаренных, краснорожих учеников кое-какой слаженности и уверенного, почти синхронного шлепанья левых ступней по истоптанной до состояния обширной залысины земле, Рыкуй успокоился. Я скомандовал всем снять брони и отправляться в бросковую зону. В облюбованном нами месте в пятнадцати шагах от бани пошвыряли в частокол с намалеванными мишенями короткие копья, топоры и ножи. На ножах равных мне не нашлось. С двадцати шагов каждый мой бросок был точен, без отскоков и висения клинка на соплях.

Техника - наше все, особенно, вбитая в башку через маты и подзатыльники товарищем старшим лейтенантом Газтдиновым.

- Ты где так навострился? - поинтересовался Шепет.

- В разведроте, - брякнул я, не подумав.

- Где?

- Да здесь, не видел что ли? - я мотнул головой на место, где мы с Тихонькой давеча баловались метанием и решил сменить тему. - Вон, гляди, бойцы уже свои ножи раздолбали, только щепки летят. Метательных-то у нас всего два. Еще надо.

- Надо с ковалем переговорить, - задумался Шепет.

- Переговори, - кивнул я. - Оплачу два десятка. Я нарисую какие надо.

Так, что там у нас по плану? Ага!

- Надеть брони! - гаркнул я. - Объявляется чемпионат по челночному бегу, прыжкам и приседаниям. Затем обед, чистка и заточка оружия.

А вечером настал звездный час Сильвестра. Я не без гордости познакомил личный состав с туго набитым длинным мешком в один обхват. Чуть пониже уровня своей головы, все таки я повыше большинства местных жителей, нарисовал углем круглую рожицу с носом, глазами и оскаленным ртом.

Самопальный образчик спортивного инвентаря велел величать именем самого известного киношного боксера моего времени по фамилии Сталлоне.

Сильвестр произвел фурор. Покачиваясь на установленной между двумя близко стоящими сараями крепкой перекладине, повешенный с помощью завязанной через горловину удавки, мешок принял столько ласковых поглаживаний и похлопываний, сколько не испытывал за всю прошлую жизнь. А потом, как только все подобрали челюсти отвисшие от моих художественных талантов, Сильвестра начали бить.

С моего разрешения. Активно, но бестолково. Кудрявый Мерко с первого же удара умудрился вывернуть кисть так, что в ней что-то хрустнуло. Пострадавшего отправили к бабке Данье в терем, чтобы натерла его руку мазями и наложила тугую повязку.

Под неодобрительные взгляды Шепета и Рыкуя я показал всем как правильно формировать кулак, чтобы в дальнейшем избежать глупых травм.