Княжья воля

Вынесся на крыльцо встрепанный и уже вспотевший. Повертел головой. Все мои здесь, стоят мнутся.

- Рыкуй, Липан, за мной! - зычно скомандовал я на ходу и тотчас напоролся правой голенью на мелкого, кучерявого козленка. Его на длинной веревке тащил куда-то юный холопчик по кличке Стоня. Голень не пострадала, а вот козленок, неожиданно получив по ребрам, подскочил на метр вверх и жалобно заблеял. - Твою мать! Жила, убрать всех лишних со двора! По местам разойтись, оружие держать наготове!

К воротам усадьбы я шел медленно, пытался сберечь время на подумать.

За мной шумно топали Липан и Рыкуй. Весь остальной состав гарнизона рассредоточился по заранее отведенным местам подворья так, чтобы сильно не отсвечивать и в критический момент вступить в битву. Какого хера от меня Шибаю надо? Может прощения за свои косяки попросить желает? Комбинатор хренов. Взял и легко разменял родного братишку на бабу, а теперь усовестился, перед будущим боярином виниться нацелился?

Нет, даже если я не стану предъявлять ему за кинутое в спину копье, Бур его ни за что не простит.

Зря Шибай это затеял. Хотя, как знать, может быть полная конфискация дядиного имущества да солидная контрибуция в серебряном эквиваленте смягчит сердце нового вировского главы, а усатый проходимец пусть и в изгнании, но останется с головой на плечах.

Широкое туловище Шибая занимало половину проема отворенной воротной створки. Обутка, порты, верхняя рубаха с кожаной безрукавкой - муха не сидела. На грудь свисает толстая золотая цепка грубого плетения.

Прибарахлился где-то засранец. Двое решительных дулебов с копьями в руках преграждали ему путь на подворье. Молодцы парни! С этим барсуком только так.

Подувший ветерок сквозь приоткрытую створку ворот забросил на подворье поднятую с дороги сухую пыль. В носу защипало, я не удержался и громко чихнул.

- Будь здоров, Стяр! - насмешливо проскрипел Шибай, улыбаясь мне как старому другу, с которым неплохо бы хряпнуть по сто пятьдесят за встречу.

- Сам не сдохни, чертила, - вытирая жесткую шерсть под носом зло буркнул я.

Дулебы посторонились, подпуская меня ближе к визитерам. - Чего приперся? У нас неприемный день.

Ба, да тут не трое совсем! Видимо, пока я подходил, к Шибаю подгребла группа поддержки из четверки рыл от которых, если кинуть, пудовый булыжник отскочит. Стоят полукругом в положении «вольно» с крокодильими глазами на равнодушных лицах. В полном боевом облачении и это точно не урманы, чисто рязанские физиономии.