Княжья воля

Я сделал вид, что не заметил воинственных гримас урмана и стал дожимать тему.

- Какие ваши доказательства?

Шибай, что характерно, завис. Еще бы, кассету с "Красной жарой" здесь ни за какое золото не достать, как, впрочем и сам видеомагнитофон.

- Доказательства чего?

- Что или кто подтвердит, что ты теперь не виновник гибели собственного брата, а - уважаемый человек?

Шибай повернулся к незнакомцу в сдвинутом на затылок шлеме, вопросительно взметнул брови. Тот шевельнулся, положил ладонь на рукоять меча, шагнул вперед и с признаками пафоса в хрипловатом голосе заявил:

- Я подтверждаю!

- Не знаю тебя, - я с сожалением пожал плечами.

- Полусотник полоцкой дружины Вендар. Клянусь Перуном и полностью подтверждаю полноправное владение этой вотчиной, городком Вировом и шестью весями вокруг него за Шибаем. С тем и послан сюда Рогволдом полоцким, чтобы передать людям княжью волю.

Вендар крепок. Грудь широкая, шея толстая. Светлые очи здорово контрастируют с общим фоном прокопченного солнышком, немного вытянутого лица со знаками трудной судьбы в виде двух старых шрамов на скуле и на лбу.

Полусотник отнял руку от меча, прижал к груди, на запястье звякнули друг о дружку два браслета из золотой проволоки. Миллиметра в три толщиной проволочка. Потянет прилично, ежели на весы кинуть.

Шутник. Я таких свидетелей-поручителей с честными глазами могу привести десять человек как минимум. Каждый будет клясться, что видел своими глазами как боги меня князем всея Руси назначили.

- Вендар, ты что ли, старый волк? - втиснувшись между мной и Липаном, воскликнул Рыкуй.

- Здрав будь, Рыкуй! - полочанин вроде как тоже обрадовался встрече. Кончики его усов подались в стороны распертые широкой улыбкой. - Совсем дела в вашем Вирове плохи, коль одноруких на службе держат? А я думаю: ты или не ты!

- И я тебя не сразу узнал, раньше ты был помоложе, - со смехом махнул здоровой клешней Рыкуй. - Не на службе я. Так, помогаю десятнику нашему за порядком смотреть.

Они обнялись, похлопались по спинам. Целоваться не стали. Расцепились.

- И как он, хорош?

- Кто?

- Да десятник ваш?

- Не плох.

- Добро, коль так. Стало быть он тут за главного?

- Стало быть.

- Ну так скажи ему, что боярин Шибай, от князя нашего получивший в кормление Виров, пока еще добром просит встречи с вдовой.

Рыкуй оглянулся на меня со странным прищуром, словно спрашивая, дошли ли до меня последние слова полочанина.