Варвара выступает в поход

А я никак не могла остановиться – вода лилась и летела из моих рук в разные стороны… пока вдруг резко не закончилась. Руки опустились.

Матушка стояла у стены и смотрела на меня с ужасом, в распахнутую дверь боязливо заглядывали какие-то женщины.

- Где госпожа Марта, позовите скорее госпожу Марту! – кричал кто-то в коридоре.

А я поняла, что напрочь лишилась последних сил, и схватилась за стену.

Сползла по ней на пол, и потеряла сознание.

7. После боя бывает откат

- Деточка, просыпайся, - услышала я.

Не будите, а? Мне так хорошо спалось! Ничего не болело. А сейчас – голова кружится, дышать трудно, по всему телу мурашки и кожа словно горит. Как будто выпила суровый мочегонный препарат и страдаю от побочек.

Я открыла глаза и увидела, что сижу на мокром ковре возле мокрой стены, а перед моим лицом машет руками бабушка Марта.

- Что… случилось? – прохрипела я.

- Стихийный выброс, - пояснила целительница. – Твои магические способности сильнее, чем все мы думали.

Что? Какие ещё способности?

- И что с ней теперь будет? – о, это Ворона.

Курица мокрохвостая.

Я попыталась пошевелиться и глянуть туда, откуда доносился голос. Стоит, красавица, голову какой-то тряпкой вытирает.

- Теперь будет восстанавливаться. Деточка, ты ела сегодня?

- Нет, - качнула я головой.

- Оно и видно, - вздохнула Марта. – Сибилла, девочку нужно кормить. Прямо сейчас.

Кто это – Сибилла? Ворона, что ль? Похоже на то, она сказала кому-то принести еды.

Два мужика в серых хламидах довольно бесцеремонно подняли меня с ковра и вывели наружу, и завели в соседнюю комнату. Там были стол и две лавки – наверное, здесь едят? Или ещё что делают? Я плюхнулась на лавку у стены и закрыла глаза. Судя по звуку шагов и голосов, зрительный зал мигрировал вместе со мной.

Госпожа Марта пришла следом, взяла мою руку и принялась нажимать на какие-то точки на ладони. Когда оказалось особо чувствительно, я взвыла и едва не подпрыгнула.

- Осторожнее, пожалуйста!

- Спокойно, детка, спокойно.

Здравствуйте, я ваша тётя. Откуда мне знать-то? Я угрюмо пробурчала:

- Не помню. Я ж говорила, что ничего не помню. Ни об отце, ни о ком другом.

- А она вообще та, за кого себя выдаёт? – поинтересовался откуда-то из задних рядов партера молодой задорный голос.

Очень недобро поинтересовался.