В пепел. Кадет

Ресс вынырнул, отфыркался и тут же снова ушел в глубину.

– И еще как понимаю… – Пепел все-таки оторвался от зрелища и, развернувшись к Валенту, поинтересовался: – Сами теперь доскачем? До песочка?

– Легко. Пошли быстрее, я бы с себя тоже кое-что смыл.

Спустя четверть часа выяснились сразу три вещи. Во-первых, ресс все-таки не намерен был поселиться под водой. Из речки он вылез. Во-вторых, если полицейские их и хватились, то след, похоже, потеряли: поблизости было тихо, никаких облав. И главное – в-третьих: с Валентом все было относительно в порядке.

Когда из волос выполоскали запекшуюся кровь, оказалось, что под ней просто ссадина, голова не пробита. Его явно хотели только оглушить, а не убить.

Ресс, вернувшись на берег, стянул с себя одежду, оставшись лишь в нижних портках, тщательно ее прополоскал, выкрутил и тут же начал раскладывать на досках мостков, чтоб подсохла. Пепел, искоса, но внимательно поглядывавший на него, понял, что про кормежку он все-таки погорячился: кормили того не чаще, чем позволяли помыться.

Парень был не просто тощ, а изможден. Про такую худобу говорят: «Живот к позвоночнику присох». Но при этом под гладкой, хоть и бледной кожей отчетливо перекатывались мускулы. И вообще, отточенные движения говорили о хороших и регулярных тренировках, совсем недавних. В комплекте с высоким ростом их нового знакомца впечатление создавалось… опасное. Впрочем, уверен Дари был и в том, что, если дать ему возможность отожраться, форму он вернет не просто быстро, а очень быстро. На рессах не только раны как на собаках заживали, они вообще восстанавливались в момент.

Переглянувшись с растянувшимся на травке Валентом, Пепел получил от него незаметный кивок – значит, декан это все тоже отметил. А потом еще один такой же кивок в ответ на вопросительно изогнутую бровь – это уже было разрешением пообщаться. Причем в том самом своеобразном стиле, которому как раз Валент и учил. «Спровоцируй, если нужно, чтобы человек раскрылся быстро и полно». Что ж, провокации у Пепла всегда выходили мастерски.

Он подобрался к парню поближе, присев на мосточки, свесил ноги вниз, устроившись поудобнее, и кинул пробный шар будущей беседы:

– Говорят, рессы произошли от лягушек. Потому и воду так любят.

– А лорды от свиней, – тут же прилетело ему в ответ.

Пепел хихикнул:

– Но вот смотрю я на тебя и думаю, что нет. Скорее уж от гадюк. Ты – так точно от них.

– А ты от собак. – Тот даже не оторвался от раскладывания одежды. – Брешешь не переставая.