Ярроу

- Я любил твою маму, как любят друга. Она была замечательным человеком. Мне повезло. Но любви той, о которой ты сейчас говоришь - страстной, сносящей все доводы рассудка, между нами никогда не было. Не случилась она, между нами, к сожалению. Но мы всегда были верны друг другу. Уважение и честность в отношениях — это очень много, сынок. Жаль, что у тебя с твоей женой было так мало времени, чтобы узнать друг друга получше, возможно, ты бы её полюбил или хотя бы обрёл хорошего друга.

Ратир замолк и через минуту спросил:

- Какая она?

Николас провёл ладонью по лицу и сказал:

- Она лекарь, лучший из всех, кого мы знаем, - видя изумление на лице отца, улыбнулся, - не удивляйся, это чистая правда.

Она полностью вылечила мою дочь, Нолла теперь совсем не хромает благодаря ей. Ей одной. Ярроу самоотверженная, честная, очень ранимая, хотя внешне всегда совершенно спокойна. И эта её уравновешенность ввела меня сначала в заблуждение - я решил было, что она женщина не способная на страсть. А всё оказалось совсем наоборот. Её страстная натура проявляется во всём! Она отдаётся полностью и без остатка тому, что делает. И люди вокруг неё меняются, становятся лучше, что ли. Даже брюзга Шатиль расцвёл, насколько знаю, решил снова жениться, - хохотнул Николас, помолчал немного и спросил о том, ради чего завёл весь этот разговор:

- Папа, - пауза, - я не хочу тебя подводить, мне будет очень тяжело, если ты откажешь, но я должен спросить: дашь ли ты благословение на наш брак?

Пожилой король прикрыл веки и замер ненадолго, а потом на выдохе сказал:

- Как же я не дам любимому сыну своего благословения? За кого ты меня принимаешь? - весёлого добродушия в его голосе всё же было больше, чем возмущения.

Николас улыбнулся.

- Сын, женись на ней, первый твой брак уже был по договору королей. Пусть второй будет по велению сердца. Трон я оставлю тебе. Я всё сказал, - закончил король и улыбнулся искренне и совершенно счастливо, - привози свою суженую. Хочу поскорее познакомиться с будущей невесткой!

***

Лекка эри Ярроу де Росс

Ника не было уже больше двух обещанных седмиц.

А точнее его не было уже целый месяц. Сначала волновалась, что с ним что-то случилось. Пару раз ходила в Посольский дом, зная, что он часто вёл какие-то дела с эром Шатилем. На мои вопросы всегда получала уклончивые ответы и сожаление в глазах эра Шатиля. Но одно моё опасение посол развеял сразу - эр Николас жив и здоров.

По прошествии месяца, я уже выплакала все слёзы.