Зов разлома

Что, если она этот фокус у тебя в башне выкинет? Вообще, такое создание ещё в колыбели надо было удушить. Интересно, как её Милица контролирует?

— Она не человек, — ответил Рорик.

— Унюхал, что ли? — поинтересовался Гостомысл.

— Так я и сам не совсем человек, — в голосе Рорика скользила злоба, — такое сразу вижу. От этой девки смердит созданиями разлома. Скорее всего, Милица поэтому и не хотела пускать нас в скит. Что она там творит?

— С этим вопросом к Злату. Как вернётся, пусть зашлёт кого из своих молодцев, — ответил Гостомысл.

Белозёров остановился у края поля, поднял мёртвое тело и кинул его на круп лошади Светлояра, потом поднял второе и положил на свою лошадь.

— Посмотрю, что тут за магия, а то и правда можно не проснуться, — пояснил Гостомысл.

Рорик пришпорил своего коня и скоро догнал дружину. Как и сказала Милица, через версту все очнулись, и началась паника, так как никто не понимал, каким образом они оказались в этом месте.

***

— А ведь так про ту девчонку ничего и не выяснили, — покачал головой Светлояр.

— И кого Злат засылал, не вернулись тоже.

— Злат хотел Умилу расспросить, да только та так взвилась, что он больше и не заикался, — добавил Гостомысл. — Единственное — подтвердила, что такая в скиту действительно есть. И посоветовала держаться подальше: девка совсем неуправляемая. Её контролирует не Милица, а тётка родная. А в общем, какая разница? Тётка-то подчиняется Милице — как глава рода скажет, так и будет.

В комнату ввалился чрезвычайно довольный собой князь Кожемякин.

— Тёмный, я тебе бобов посадил, — расплылся он в улыбке.

— Спасибо, — поблагодарил Гостомысл. — Ты не представляешь, как я в них нуждался.

— Зато мелкой было весело, — сказал Кожемякин.

— Это единственное, почему я терплю то, что вы сделали с моей поляной. — Гостомысл устало потёр глаза. — Злат, поскрипи мозгами, может, помнишь, что там по ментальному магу Милицы? Нашли её? Она бы нам сейчас очень пригодилась.

— Да кому она не пригодилась бы? — хмыкнул Злат. — И мне пригодилась бы, чтобы языки некоторым развязывать; и Рорику — армии вражеские уничтожать; и вам со Светлояром.

Только вот мы ей не нужны. Совсем. А принудить с нами работать не можем: соглядатаев раскрывают на раз-два. Забросили мы эту идею. С последним соглядатаем мне записку прислали, что, если такое повторится, у меня половина города не проснётся. И знаешь, я поверил. Пусть Милица при себе это чудовище держит.

— А когда прислали записку? — поинтересовался Гостомысл.

— Да лет шесть назад.